«Как она узнала меня в этой тьме?», — не успела удивиться сестра, как за ней на горизонте показались порождения тьмы.

Ильма в стремительном рывке тут же ринулась на чудовищ. Вырубив на лету одного из генлоков, Сентинел выхватила у него зубастый клинок. Оказавшуюся в эпицентре окружения женщину, порождения тьмы всеми силами пытались убить. Но та изгибаясь и проделывая невероятные акробатические трюки, умудрялась уворачиваться от ударов одновременно нанося смертельные удары. Те не успевали увернуться, они просто наседали на нее всей оравой. Пара стрел пролетело со свистом рядом с ней в толпу генлоков. Разделавшись с этой группой, Ильма побежала обратно к своим, на ходу прихватив Лелиану, которая помогла ей.

— Создатель! — сокрушённо выдала Лиандра. С подъема отчетливо были видны тысячи огни факелов.

На подступах к вершине горы шли мелкие стычки. Разведотряды Орды порождений тьмы сражались с разведчиками ополчения и храмовников. Людей начали теснить к обрыву. Стоять на ногах осталась лишь горстка солдат: два воина в храмовничьих доспехах, и женщина по габаритам ничем не уступающая этим далеко не хлипким воинам. В одного из них прямо в забрало его шлема попал ядовитый снаряд эмиссара — мага, порабощённого порождениями тьмы.

— Дженкинс! — прокричал его собрат по оружию и вере.

— Уэсли, не отвлекайся! — скомандовала женщина. Она чуть-чуть не успела, когда подкравшийся сзади крикун пырнул второго храмовника в бок. К счастью для храмовника крикуна добила магия Бетани.

— Ни черта не видно! — зло кричала Мариан.

Карвер вместе с Мариан добивали приблизившихся порождений. Со стороны Лотеринга эти твари идти перестали.

— Уэсли! — подошла к мужчине женщина воин.

Она подняла свой меч, когда семья Хоук и Морриган с Алдуином показались на виду. Удостоверившись, что перед ней не эти твари, она убрала меч и наклонилась к Уэсли.

— Тихо, дай посмотреть рану! — положила она в удобное положение храмовника.

— Позвольте помочь, — подбежала к ним Бетани.

— ТЫ! маг! Не подходи! — прохрипел сквозь боль Уэсли.

— Ох, Создатель точно знает, что такое ирония, — помотала головой Бетани, заметив броню раненого.

— Уэсли… — еле слышно прошептала женщина.

— Отступники… Арх… Церковь приписы… — не унимался храмовник.

— Уэсли, они могут помочь нам… — мужчина собирался еще что-то сказать, но у него хватило сил.

— Их не видно! — прошептал Карвер сестре, оглядываясь в сторону Лотеринга.

— Меня зовут Авелин Вален и мой муж Уэсли, мы благодарны вам за помощь, — поднялась к Хоукам женщина.

В свете от огненных ладоней Бетани её можно было рассмотреть, хотя и с трудом. Лицо женщины с мощной челюстью была усыпана веснушками и волосы цвета мёда была заплетена в маленькую косичку и оплетена спиралью на макушке. Их разговор отвлек низкий рёв чудовища.

— Что… Что это было? — навострила ушки Мариан, перекидывая свои кинжалы из рук в руку.

— Н-не знаю, Уэсли, как ты? Можешь идти? — голосом полный тепла осведомилась Авелин.

— Кха… — харкнул кровью храмовник.

Алдуин перестала идти вместе с Морриган, почувствовав что-то неладное. Ильмы не было уже некоторое время. Даже та самая сестра успела присоединиться к ним. Как вдруг она ощутила давно забытое ощущение.

«Это чувство… Дова, нет…», — девочка тут же побежала назад.

— Куда ты? — попыталась остановить девочку Морриган.

— Морриган, останься с ними, я сейчас! — рыкнула малышка совсем не детским выражением.

Морриган заметила горящие в ночи драконьи глаза, поэтому не стала ослушаться. Негоже людям вмешиваться в дела драконов. Ее маленькое тельце скрылось сразу же за поворотом.

— Почему вы позволили ей уйти?! Там же опасно! — обратилась Лиандра к ведьме, когда Морриган догнала их возле небольшого выступа.

«Ох, не девочка она», — заныла в мыслях Морриган, и не стала отвечать.

На подступах к горе Ильму буквально окружила целая толпа порождений тьмы. Но они отчего-то не решались ее атаковать. Перед Сентинел лежала огромная туша рогатого зверя. Его оторванную голову Ильма бросила к рядам порождений тьмы.

Когда Алдуин прибежала на близкое расстояние, то она смогла увидеть алое свечение вокруг Ильмы. Вокруг неё было усыпано телами порождений тьмы.

— Ган Ла…

Алдуин узнала этот крик и поспешила остановить драконорожденную, рванув прямо к ней.

— Дова! Ты не должна поддаваться!

— Хас!

Крик высасывания жизни, подпитанный абстрактом ГОЛОДА, усилился много раз. Окружившие её порождения тьмы попадали на землю, корчась в судорогах. Из их глаз, рта и ушей начала течь их оскверненная и окрашенная, словно смола, кровь. Вся их жизненная энергия струей потянулась к Ильме. В тот момент, когда все красные потоки устремились к драконорожденной, в неё врезалась Алдуин.