Пора на бой.

Последние нюансы штурма третьего гнезда они обсуждали уже на пути к матке. К честности признать обсуждать тут было нечего: вариантов особых не было, никаких военных хитростей — только в лоб и там будь что будет. Ильма не проронила ни единого слова, вообще не участвуя в обсуждении. Весь её флегматичный взгляд красноречиво отвечал на то, что она думает по поводу их «обсуждения тактики». У неё всё было просто — она будет убивать всех, кого увидит.

За те полтора дня отдыха, порождения тьмы зря времени не теряли. Они успели подготовиться и окопаться вокруг третьего гнезда. Они построили баррикады и подступы к ним замазали скользкой жижей. К тому же сам рельеф играл не в пользу големов. Узкие зигзагообразные проходы образовывали самый настоящий лабиринт, где легко перепутать поворот и из-за одного неповоротливого каменного воина застрять в проходе.

Первые встречные караульные отряды порождений тьмы не спешили ввязываться с ними в бой. Заметив големов, они шустро разбредались во все стороны, передавая остальным войскам только им понятный сигнал.

— Что эти твари замышляют? Похоже мы идем прямиком в ловушку, — перехватывая свою секиру поудобнее, высказал опасения Огрен, наблюдая за странными действиями тварей.

— Давайте не отходить от «плана», — мертвым голосом ответила Ильма и без какой-либо опаски шагала вперед.

Для уничтожения внезапных баррикад и помех големы тратили драгоценное время. Становилось очевидно, что порождения чего-то выжидают или куда-то специально заманивают. Ильма была уверена, что за них всерьез примутся только перед самым проходом к матке, а всё это — лишь мишура. Очевидно, попрут разом со всех сторон, используя весь натиск и свою численность. Видать, прошлый опыт усвоила не только Бранка, но и они.

— Да когда они только успели?! — начинал негодовать Огрен, когда их отряд в очередной раз натолкнулась на преграду.

Порождения не только строили всякие баррикады из всякого хлама, но и грамотно пользовались завалами, закрывая целые участки тоннеля, будто они их вели по намеченному маршруту прямо в логово. — И вообще, как они до этого додумались? Я думал, эти твари все безмозглые.

— Может, Архидемон им нашептал? — предположила Бранка.

— Да, было бы здорово… — наконец изъявила ответить Ильма, расслышав слово «Архидемон».

Гномы не поняли, чего тут «здорового» от вероятной встречи с оскверненным богом.

За очередным поворотом вновь раздался грохот. Это Каридин расчистил путь.

— Наконец-то!

Первая серьёзная стычка состоялась за три квадранта до местоположения матки и унесла с собой сразу десять големов. Внезапная атака под камнепад застала врасплох Бранку, та не успела дать приказ. Идущих в авангарде големов смяло огромными валунами в совершенно на ровном месте. Разведчики порождений тьмы попытались зажать их в устье через небольшую расщелину. Но живым удалось отбиться от малочисленной группы во главе одного лишь эмиссара.

Против мелких групп врага Ильма особо не активничала, давая големам делать всю работу. Приближаясь к указанным координатам с каждым метром, Сентинел рассуждала, если их враги продолжат держаться подобной тактики на «изнурение», то они точно победят. В отличие от них, они могут быстро восполнить потери и ориентировались в этих тоннелях лучше них. Поначалу в каждом сражении она активно искала взглядом нечто подобие дракона, но с каждым разом её вера в появление Архидемона улетучивалась. Всё чаще и чаще её голову посещала мысль: «может, зря она всё это затеяла».

Даже когда они нанесли очередное поражение огромному войску порождений, её вера не вернулась. Крупное сражение разжегся на перекрестке, в стыке соединений двух ветвей глубинных троп, где где-то рядом должна была располагаться матка, если верить карте Бранки. Толпа гарлоков и генлоков таранным строем ворвалась сквозь строй големов со всех щелей. Им был дан четкий приказ: достать гномку любой ценой. Эмиссары использовали гарлоков и генлоков в качестве мяса, вслед за которым пошли крикуны. Быстрые и ловкие создания в считанные минуты добрались до ставки командования в лице Бранки, Огрена, Каридина и Ильмы. Голова первого добежавшего крикуна слетела с плеч от удара Ильмы и покатилась перед Бранкой.

— Вы, останьтесь здесь, — бросив гномам, бретонка устремилась прямо в орду порождений.

Натиск гарлоков делал свое дело, прорыв големов к гнезду захлебнулся. Однако до поры времени, когда над полем боя грохотом пронеслись раскаты грома и яркой вспышкой появились удары огромных молний. В этот раз Ильма решила не пользоваться огнем. Под огонь могли попасть големы, а электричество каменные создание могли и потерпеть, пусть и не так легко. Кричащей вспышкой один такой электрический разряд продырявил одного бедного голема насквозь и отбросив исполина на приличное расстояние.

«Что ж, на войне всегда будут жертвы», — не особо горевала Ильма, продолжая раздавать всем врагам удары молнии.

Мощные электрические дуги кромсали любого встречного на своем пути. Они резали живую силу врага словно лезвие, моментально выжигая плоть вместе с металлом. Весь воздух вокруг неё настолько наэлектризовался, что катана бретонки постоянно искрилась в полутьме троп, а её белые волосы хаотично плясали под капюшоном. Прорываясь сквозь толпу как раскаленный нож сквозь масло, Ильма активно искала матку. В гуще боя её смогли пару раз задеть.