Он перевел взгляд с Мэтта на Лори и добавил:

— Я не знаю, как мы собираемся забрать его у них, но, по крайней мере, мы знаем, где он находится.

— И мы знаем, что сказал Один, что мы снова поговорим, и даже я знаю, что Один был всевидящим в историях. Думаю, он сможет достать нам перья от воронов. — Лори рассмеялась. — Странно, как легко поверить, что все это реально?

— Не знаю, — уклончиво ответил Фин. — Я всегда знал кое-что из этого. Торсен, наверное, тоже.

Мэтт кивнул.

— Ну, а я нет, и я все еще думаю, что мы можем это сделать, — сказала Лори. Она смотрела на гигантские вырезные лица президентов вдалеке и улыбалась.

После дружеской улыбки на ее лице, которая заставила Фин хотеть зарычать, защищаясь, Мэтт сказал:

— Давайте найдем подсказку.

Фин покачал головой. Они едва выжили в схватке с Райдерами, и он не ожидал, что торнадо появится и спасет их в следующий раз. Он знал Райдеров, знал, как хорошо патрулируют их лагеря, знал, что то, как Хэтти и Череп берегут щит, означает, что он будет хорошо охраняться. Он не мог рассказать об этом Лори и Мэтту, не признавшись, как хорошо он знает Райдеров, а он не хотел этого делать. Позже он придумает, как обойти проблему щита, но сейчас он держал рот на замке и следовал за Лори и Мэттом через вход для посетителей на гору Рашмор.

Они прошли мимо высоких серых колонн. С одной стороны была стена с вырезанными на ней именами, а с другой — статуя парня, который стоял за созданием памятника.

На вершине было больше каменных колонн с государственными флагами, а в конце было большое открытое пространство, где люди стояли, глядя на лица президентов. Фин не особо интересовался школьными делами, но они приезжали сюда на экскурсию, и он был впечатлен идеей сделать такую огромную скульптуру. Это были своего рода гигантские резные изображения, которые означали, что нужны взрывы и гигантские электроинструменты. Гораздо круче, чем сидеть там с крошечным комочком глины, пытаясь сделать скульптуру, что им и приходилось делать на уроках рисования. Он улыбнулся при мысли о том, чтобы использовать взрывчатку в художественном классе. Это было бы круто.

Все трое стояли в толпе, глядя на Вашингтона, Джефферсона, Тедди Рузвельта и Линкольна. Он чувствовал, что у одного из них должна быть камера, чтобы они смешались, но никто не смотрел на них, будто они делали что-то не так. И они не делали… пока.

Им пришлось подождать некоторое время, пока они не смогли приблизиться к лицам… где, по словам Валькирии, была подсказка… поэтому они убивали время, пока парк не закрылся, посмотрели фильм в Центре Посетителей два раза, а затем купили что-то поесть, используя деньги, которые были у всех. Никто не спросил, где он взял деньги, и он не сказал им, что взял их из тайника Криса. У Лори были ее драгоценности, и она сказала, что они могут продать их, если понадобится. Мэтт использовал банкомат, чтобы добавить деньги, которые он все еще имел от отца.

— Мы спрячемся и подождем, — сказал Мэтт.

Они пробрались в лес и устроились там на несколько часов. Эта часть их поисков была далеко не захватывающей. Фин был гораздо более спокоен, сражаясь с Райдерами, чем сидя в тишине. Вообще-то он не очень-то умел оставаться на месте, но, судя по всему, и Мэтт тоже. Он ерзал почти так же, как Лори и Фин. Они обменялись почти дружеским кивком.

В конце концов, статуи были освещены, а затем люди начали уходить. Но охранник не ушел. Поэтому они продолжали ждать.

К сожалению, ждать было намного труднее, чем прятаться. У них было несколько мест, чтобы спрятаться в лесистой местности, но этот охранник наблюдал не только за зоной посетителей, но и за самим памятником. Кроме того, были камеры, направленные на памятник и вокруг площади.

Ранее в тот же день он услышал, как кто-то говорил о каком-то экологическом протесте несколько лет назад, который привел к новой безопасности. Фин был полностью за заботу об окружающей среде, особенно потому, что он был волком часть времени, но он хотел, чтобы они устроили свой протест в другом месте, потому что дополнительная безопасность означала, что приблизиться к лицам президентов казалось довольно невозможным. Они ни за что не смогли бы забраться туда с охранником, наблюдающим за ними, и кто знает, сколько еще будет сканировать канал безопасности, откуда бы камеры ни посылали свой сигнал.

Прошло несколько часов, и они не приблизились к цели на на йоту. Охранник оставался настороже, и камеры не собирались исчезать. Это было нелепо.

— Я мог бы подняться туда, — тихо сказал Фин.

Мэтт бросил на Фина предупреждающий взгляд.

— Никто не остановит волка. — Он повернулся к своей кузине. — Мне бы хотелось, чтобы ты тоже менялась.

Потом он повернулся к ним спиной и превратился в волка.

Было бы намного лучше, если бы она тоже была волком. Он надеялся странным девчачьим способом, что если она тоже изменится, дядя Стиг заберет их с собой. Тогда они все трое могли бы жить вместе, как нормальная семья. Лори не была счастлива с мамой и братом, Фин не был счастлив, переезжая из дома в дом, а дядя Стиг, конечно же, не был счастлив в одиночестве. Однако Лори не превратилась в волка, и он не знал, станет ли она им. Ему было грустно, и от этого хотелось выть.

Она уже присела на корточки, так что они оказались лицом к лицу.

— Будь осторожен, — прошептала она. — Не делай ничего слишком глупого.

Он боднул головой ее в плечо, а затем побежал. Он подошел прямо к охраннику, который посмотрел на него с таким уважением, какое он чаще всего видел у американских индейцев в Южной Дакоте. Скотоводы обычно не любили волков, но Сиу, скорее всего, уважали природу, в том числе и волков.

Охранник настороженно наблюдал за ним, а потом огляделся, словно ища укрытия. Фину не понравилось, что он напугал его, поэтому он улыбнулся, что, как он всегда забывал, никогда не выглядело очень дружелюбно, когда он был волком, и охранник сделал шаг назад. Фин чувствовал себя немного виноватым за то, что напугал охранника, но не собирался причинять ему боль. Он не сводил с него глаз, надеясь, что Мэтт и Лори отошли подальше в укрытие.