Я долго смотрела ему вслед, ежась от холода. Поправила пояс и нырнула в проулок к старому входу в катакомбы.

Серые появились почти мгновенно — ждали. Условный ритмичный стук по камню, щелкнули засовы двери, и мы дружно отряхиваемся внутри, выпуская клубы пара в свете тусклого одинокого магического светляка.

Пара была не той, что встречала меня прошлый раз. Оба рослые, крепко сбитые, в простой форме наемников, с неясным маревом выше плеч — в масках Серых.

— Артефакты, — глухой, явно прокуренный голос раздался сзади.

— Нет, — я демонстративно подняла руки к свету, щелкнув кольцами.

— Артефакты.

Я пожала плечами, и развернулась на выход.

— Стойте… положено…

— Кем положено — тот и положит. Я сделала личное одолжение Я-сину, когда вышла из дома в такую погоду.

Артефакты мне оставили, после коротких переговоров по Вестнику. Сопровождающие стали кланяться ниже, говорить уважительнее и даже изредка страховать на особо крутых поворотах под локоток.

Обхождение, как в лучших домах Предела.

Мы спускались вниз по узким ступенькам виток за витком. Они явно готовились, охраны в коридорах было мало. И ниже шестого уровня чадили факелы — они убрали все источники магических возмущений, и светильники.

Меня привели туда же, куда и прошлый раз — семь уровней вниз, два вверх и снова четыре вниз. Мы на девятом. Тварям нужно будет преодолеть всего три уровня с одиннадцатого.

Коридоры закончились, и мы вышли на широкую площадку, размером с небольшую подземную площадь, больше всего напоминавшую арену. На каменных балконах на втором ярусе горели факелы. Формация на полу уже была готова, но рассмотреть мне не дали, быстро направив в нишу.

Комната-кабинет была та же — высокий порог, ступеньки, длинный стол мореного дерева, массивные кресла, тахта, чайный столик в традиционном стиле с циновками, стеллажи, заполненные свитками за ширмой и репродукция «Грозовой охоты» на стене. Только хозяин кабинета сменился.

Коренастый широкоплечий Серый, с которым я общалась прошлый раз, в очередном вульгарном парчовом ханьфу, замер у стола в напряженной позе, а в кресле сидел, покручивая в руках маскарадную маску, инкрустированную драгоценными камнями и витыми шелковыми нитями… Я-син.

Белоснежные одежды, расшитые золотой нитью, так тонко, что рисунок видно, только если свет падает под определенным углом, длинные нервные музыкальные пальцы унизаны перстнями. Становилось сразу понятно, кто подбирал общий стиль — изящные статуэтки на столе, нефритовые пресс-папье, лаконичный и очень дорогой набор кистей в углу. Человек, которому долго и тщательно прививали вкус к неброской, а потому подлинной роскоши.

Лица было не видно — только длинная коса спускалась на плечи, заплетенная сложным южным рисунком. Но и так можно было сказать, что Я-син красив. Некрасивые люди не держат так осанку, не принимают естественно ту позу, которая наилучшим образом подчеркнула бы их достоинства, хотя в этом не было смысла — под его маской не видно лица, серое марево скрывает всё, что выше плеч.

Повинуясь жесту изящного запястья, Серый зажег красную витую свечу «приватной встречи», щелкнув кольцами. Я непроизвольно поморщилась — даже это он сделал… грубо и топорно.

— Леди. Блау, — Я-син встал с кресла и отточенным движением склонился, поцеловав воздух у кончиков моих пальцев. Я рвано выдохнула, как будто получила удар поддых — я уже успела забыть, какой у этого конкретного Я-сина голос, как будто тебе залезли внутрь и мягким перышком пощекотали внутри — бархат и мёд. Поставленный правильно настолько, что только одно место в Империи могло выпускать таланты такого уровня — столичный факультет искусств.

— Господа, — короткий поклон равному.

— Прекрасная погода, не так ли? — тягуче произнес он, и мне показалось, что метель и правда была чудесной — буйство стихии должно быть прекрасно в любых проявлениях?

— Великолепная, — поддержала я. — Располагает к прогулкам.

— Мы благодарны, что вы приняли наше приглашение, — Я-син вернулся в кресло, после того как я устроилась в своем.

— От таких заманчивых… приглашений сложно отказаться, — хмыкнула я, вспомнив, что он наобещал в Вестнике. — Вы решили ускорить события и зачистить двенадцатый сейчас? — предположила я то, что должна была.

Серый рядом недовольно вздохнул.

— Не совсем, — Я-син переплел пальцы домиком. — Но ваше содействие поможет нам.

— Конкретнее.

— Вам нужно будет просто сыграть, — он кивнул на флейту на поясе. — Просто сыграть и всё, леди Блау. Одну мелодию.

Меня проводили в смежную комнату, большую часть которой занимал большой круглый стол, на котором был расчерчен макет формации, расчеты велись здесь же — силовые линии и опорные точки переносили не раз, меловые линии были потерты и правлены не единожды. Книги Морро и Басти, трактаты Вериди и стопка других исследований были сложены в сторонке.