Сир выглядит неважно, сказывается бессонная ночь, отсутствие донора-человека и несколько напряженных суток. Фон Эспер задавили бунт используя связь глав Крыльев, но Фортес не просто кровный брат и родственник, он еще и друг, именно поэтому он мог и будет в дальнейшем рассчитывать на помощь клана и главы Лигару, и наоборот. Думаю, именно поэтому глава сперов сейчас сидит в кресле рядом с Феликсом и внимательно смотрит на меня и видимо напрягшегося жениха.

— Не волнуйся, Максимилиан, я здесь, чтобы поблагодарить, не для чего другого.

Мужчина красив, наверное, самый красивый из Эсперов, да чего уж там, самый красивый из когда-либо виденных мною. Мягкие, будто женские черты лица не делали его обманчиво сладким, но пристальный взгляд бледно-голубых глаз, жесткая линия пухлых губ и стальные мышцы, прочно угадывающиеся под сюртуком, делали его опасным, очень опасным противником. Слава Небу я не собираюсь перебегать ему дорожку, мне моя жизнь еще пригодиться.

— Не буду ходить вокруг да около, такое решение я не в праве принимать один, и Фортес должен дать согласие, — произнес Сир беря театральную паузу перед вынесением вердикта. — И он его дал. Валерия, Максимилиан, я от душа надеюсь, что мы не пожалеем о своем решении.

— Ну вряд ли они станут снабжать идеями магов, у них самих полно скользящих, — вставил Сир Фон Эспер.

— Когда вы собираетесь в Тринито?

— Сегодня планировали переночевать в городском доме, а завтра отправиться на море.

Мы планировали? Чудеса. Море? Юхууу!!!

— Пусть Фарато держит меня в курсе. Отдыхайте, жду вас через декаду. Лера — добро пожаловать в семью.

Улыбаясь блаженной идиоткой, я покинула общество вампиров, извинившихся за то, что им необходимо обсудить некоторые дела. Как же я оказывается волновалась. Не дойдя даже до гостиной, я присела на мраморную лестницу, покрытую вишневым ковром и счастливо рассмеялась. Именно там, спустя двадцать минут меня нашел Макс.

— Что случилось, тебе плохо?

— Плохо? Дурачок, мне хорошо, — сказала я и поцеловала любимый нос, вечно сующийся в мои дела.

Хорошо то как!

*Годива- англо-саксонская графиня, которая, согласно легенде, проехала обнажённой по улицам города Ковентри в Англии ради того, чтобы граф, её муж, снизил непомерные налоги для своих подданных.

Тринито — дивная смесь Прованса и Монакко, игорные дома и виноградники, целебные грязевые источники и теплое бирюзовое море, сувенирные лавочки и подводные экскурсии, уютные бухточки и винокурни. Бабка, ха-ха, никак не могу привыкнуть называть её так, Макса владеет большим участком земли, малая часть которого отдана под выращивание лаванды. Её работники изготавливают лишь чистое сырье — масло, думаю ей просто нравится всё давить, потому что еще она владеет обширными виноградниками и крошечным производством. Несмотря на малые обороты, вино из её виноделен ценится за методику прямого процеживания, нет, конечно, прессовать виноград дешевле и чистого продукта в итоге получается больше, но сам напиток становится кислее и может скиснуть.

Все это рассказывает мне упырь, облокотившись на одну из пыльных дубовых бочек, находящихся в небольшом влажном помещении, пропахшем дерном, кислым фруктом и деревом. Вино, хотя ценитель из меня так себе, здесь великолепное, но я не налегаю, вечером, один бокал, легкого белого, со льдом и водой из источника. Аромат лаванды ненавязчиво присутствует даже в морском бризе, им пахнет постельное белье и узкие улочки, утренний кофе и смуглое плечо на котором я засыпаю каждую ночь. Неказистая лиловая травка теперь навсегда будет ассоциироваться у меня с этим отпуском и упоительным состояние счастья.

Тринито (мне все время хочется добавить тоулол*) — сонный курортный городок, в котором не так помешаны на нормах приличия и воспитании, в этом его прелесть. В бунгало, которое находится в частных владениях на территории огромной фазенды Валиссы Лигару закрыто от посторонних, как военно-стратегический ядерный объект. Утром приходит горничная и повар, днем они уходят. Все это время мы гуляем по городу, катаемся на аналоге нашего катамарана, обедаем в прибрежных ресторанчиках деликатесными морепродуктами, играем в казино, но я не азартна, и мне хочется просто гулять, взявшись за руки и наслаждаться непозволительной роскошью близости, стелящейся за нами на грани приличия.

Кожа моя покрыта ровным золотистым загаром, везде. А когда я впервые вышла в местном аналоге бикини к закрытому, принадлежащему лишь семье Лигару, дикому пляжу, и прилегла на шезлонг, скинув пляжное платье, Макс сначала набросился на меня, с трудом дотерпев до бунгало, а затем запретил так ходить. И всё же я нашла способ убедить его, что загорелое тело — это красиво. А моё загорелое тело — красиво вдвойне. Грудь уже налилась, стала тверже и полнее, я вся как-то приятно округлилась, и, хотя животик не выпирал явно, тело моё изменилось. И эти метаморфозы радовали и меня, и упыря.

Нам оставалась пара тягучих, словно густой лавандовый мед, дней, наполненных удовольствием ничегонеделания и сплошным релаксом, и придется возвращаться в рабочие будни, а еще, буквально перед носом маячила свадьба, празднование которой мы решили сделать очень скромным, только для близких, так что едва ли наберется дюжина человек. Утром Максимилиан обычно отправлялся на пляж, а я нежилась в кровати до его возвращения, балансируя на узкой грани сна и яви, и этот день не стал исключением.

Меня разбудили откровенные ласки, губ и языка и нескромные движения пальцев, рисующих вокруг пупка и венериного бугорка завитушки и спирали. Едва я открыла глаза и поймала взгляд своего бесстыдника, он пошире раздвинул мне ноги и не разрывая зрительного контакта лизнул. Обжигающе горячо и возбуждающе сладко. Я выгнулась на встречу его ласкам, хрипя со сна его имя и разводя колени еще шире, словно предлагая себя.