Кэтлин заставила себя взглянуть в лицо Эрику, Диван был маленький, они сидели слишком близко, и ей это было неприятно. Мужское начало, столь явно в нем присутствующее, действовало на нее, странно щекоча нервы.

— Мои родители утонули, когда мне было тринадцать лет. Родственников у меня не осталось, братьев и сестер тоже. Друзья из нашего прихода поместили меня в сиротский приют в Атланте. Он считался самым лучшим в стране. Но поскольку я росла единственным ребенком в семье, мне было трудно приспособиться к новой жизни. Училась я довольно хорошо, но тогда «съехала». Я стала агрессивной, можно сказать, хулиганкой.

Би Джей засмеялся, но немедленно стих, когда Эдна укоряюще взглянула на него.

— Летом приют отправил меня сюда. Одна мысль о летнем лагере приводила меня в ужас, впрочем, я тогда пугалась всего нового. Я считала, что абсолютно все относятся ко мне несправедливо. Но в то лето моя жизнь совершенно переменилась.

Голос ее предательски задрожал от нахлынувших чувств, и Кэти дрожащими губами улыбнулась Гаррисонам.

— Би Джей и Эдна не позволили мне разрушить мою собственную жизнь горечью и ненавистью. Они снова научили меня любить, подарив мне свою любовь тогда, когда я меньше всего ее заслуживала. Потихоньку из раненого зверька я снова стала превращаться в человеческое существо. Вот почему я чувствую, что никогда не смогу отплатить за их доброту.

— Ты уже тысячу раз заплатила сполна, Кэтлин. — Эдна глазами, полными слез, посмотрела на Эрика. — Видите ли, мистер Гуджонсен, с тех пор Кэтлин приезжала в наш лагерь каждое лето, пока не выросла. Потом, когда она училась в колледже, мы попросили ее поработать вожатой. Поскольку она сама прошла через тяготы и разочарования, подобно нашим подопечным, она как никто умеет находить с ними общий язык. Она совершает чудеса даже с самыми неуправляемыми детьми. Когда открылась вакансия в Совете директоров, мы пригласили Кэтлин. Она отнеслась к предложению без энтузиазма, но мы настояли. И никто не остался в проигрыше. В прошлом году она сама добыла денег на кондиционер для столовой и устройство двух баскетбольных площадок.

Кэтлин густо покраснела оттого, что считала это незаслуженной похвалой. Неловкость ее увеличилась, когда она подняла глаза и увидела, что Эрик пристально смотрит на нее.

Заметив ее смущение, он отвернулся и обратился к хозяевам:

— Я хотел бы побольше узнать о ваших достижениях, но сейчас я страшно проголодался. Может, продолжим беседу в столовой?

— Юноша читает мои мысли! — воскликнул Би Джей и, весело хлопнув себя по коленкам, встал.

— Вряд ли нам удастся продолжить беседу в столовой, Эрик, — предупредила Эдна. Она без церемоний назвала его просто по имени. — Наша столовая абсолютно непригодна для серьезных разговоров.

Он рассмеялся, взял Кэтлин под руку и повел к двери.

— Неважно. В любом случае, я хочу попробовать уловить дух лагеря.

— О, если вам нужен дух, то вы направляетесь в самое правильное место, — расхохотался Би Джей.

— Не нарушу ли я ваши правила, если возьму с собой камеру? — спросил Эрик.

— Нет, конечно, — ответила Эдна. — Пока вы здесь, вы будете устанавливать свои правила.

— Спасибо, миссис Гаррисон.

— Эдна, — поправила она.

Его лицо озарила такая широкая улыбка, что впору было помещать ее на обложку журнала.

— Эдна. Я только сбегаю к машине и через минуту присоединюсь к вам. Займите мне местечко в очереди, Би Джей.

— А как же! Кэтлин, может, ты проводишь Эрика, чтобы он не заблудился?

Кэти хотела было возразить, но побоялась показаться невежливой. По какой-то причине ей не хотелось оставаться с ним наедине. Может быть, ее раздражало его сходство с Дэвидом Россом. Или же, как предположил тогда сам Эрик, она с недоверием относится к журналистам. В лагере никаких закулисных махинаций нет, и, поскольку «Горный» ей дорог, Кэтлин не может примириться с тем, что кто-то чужой будет рыскать здесь в поисках чего-нибудь жареного.

— Только вы поторопитесь, а то еда может закончиться. Добавок пока никому давать не будем, но вы все же не задерживайтесь, — предупредила Эдна.

Пожилая пара рука об руку двинулась к столовой.

— Где ваша машина? — поинтересовалась Кэтлин.

— Припаркована у моего домика.

Она развернулась и пошла по тропинке к гостевому домику.

Он располагался совсем близко, но, подойдя к машине, Кэтлин совсем запыхалась. Эрик, кажется, сообразил, что Кэтлин рядом с ним чувствует себя не в своей тарелке. Когда он поднимал дверцу багажника, Кэтлин заметила спрятанную в усах усмешку.

Он открыл черную пластмассовую коробку, вынул видеокассету и вставил ее в камеру. Кэтлин никогда еще не видела вблизи профессиональную камеру и, к собственному удивлению, была заинтригована.

— Вы можете понести это? — Эрик кивком головы показал на длинный металлический цилиндр с ручкой.

— Конечно.

Попытавшись поднять цилиндр, она чуть не вывихнула руки. Кэти и в голову не пришло, что он может оказаться таким тяжелым.

— Что там?

— Тренога.

— Она весит тонну!