От душившей его ярости Бобёр рыкнул и, прицелившись, точно выстрелил в один из вражеских дронов, почти прорвавшийся через дронов-телохранителей, а затем ещё несколько. Так продолжалось минут пять, и в конце концов его дроны одержали верх и взялись добивать остатки вражеского роя. С удовлетворением наблюдая за этим увлекательным процессом, заметил появление сигнала связи с центром управления. Соединив абонента, Бобёр услышал наполненный тревогой голос генерала Гудзы:

– Командир, в чём дело?! Сигнал твоего маячка пропал, и мы тебя не можем нигде найти. Ты где сейчас находишься?

– На третьем уровне восьмого сектора, участок четыре первой орбитальной крепости. На меня совершил нападение рой дронов-убийц, благо у меня свой имеется с рядом полезных функций, одна из которых – режим «Телохранитель», вот он меня и спас. Сейчас мой рой добивает вражеский, ещё минута-другая, и от него ничего не останется. Необходимо срочно прислать оперативную группу контрразведки для изучения обломков…

Договорить свою мысль Бобёр не успел, несколько вражеских дронов, сделав целый ряд хитрых кульбитов в воздухе, прорвались сквозь защиту и устремились к нему. Бобёр успел среагировать, точными выстрелами сбив четыре дрона, но пятый, уклонившись от луча, сделал хитрый вираж уклонения и чем-то выстрелил, но тут же был уничтожен метким выстрелом. Выстрел вражеского дрона достиг своей цели, попав в грудь. Ощущая, как немеет всё его тело, Бобёр выронил из рук лучемёт и, медленно опускаясь на пол, схватился обеими руками за куртку и, рванув ворот, заплетающимся языком произнёс:

– Генерал, реанимационную бригаду срочно сюда, в меня попали, ноги не держат и перед глазами всё плывёт, голова очень сильно кружится и тошнит.

Что ответил Гудза, Бобёр уже не слышал, его стошнило. Оторвав правую руку от груди и мутным взглядом посмотрев на окровавленные пальцы, он завалился на пол и потерял сознание…

Сознание медленно возвращалось. Боли не было, лишь какая-то тяжесть в груди не давала вздохнуть полной грудью. Сфокусировав свой взгляд, Бобёр огляделся и сразу сообразил, что находится в реанимационной камере, а рядом с ней стоит генерал Гудза с неизвестным ему медиком в белом халате. Они о чём-то тихо между собой беседовали. Пошевелив пальцами, он попытался подняться, но не смог, слабость во всём теле не позволила ему это сделать, но попытка эта не осталась незамеченной врачом. Подойдя к пульту управления реанимационной камеры, он произвёл какие-то манипуляции, и прозрачная крышка открылась. Внимательно всмотревшись в бледное лицо высокопоставленного пациента, он задал вопрос:

– Как вы себя чувствуете?

– Могло быть лучше, – еле слышно отозвался Бобёр, ощущая тяжёлый комок в горле.

– Вам, сударь, ещё очень повезло, тот яд, которым была пропитана стрелка, попавшая вам в грудь, должен был убить вас в течение двух минут, но благодаря тем антидотам, которые вам в своё время прокололи в военном университете, процесс этот был существенно замедлен. Вовремя прибывшая реанимационная бригада орбитальной крепости смогла вас спасти, хотя надо признать, это было самым настоящим чудом, задержись они на три минуты, и вам уже бы никто не в силах был помочь, смерть в буквальном смысле слова дышала вам в затылок. Так что впредь будьте предельно осторожны. Токсин мы из вашей крови вывели и организм полностью очистили, но как он мог повлиять на ваш мозг и иммунитет, в точности сказать никто не может, так как данная разновидность токсина никогда и нигде ранее не встречалась. По всей вероятности, токсин этот разработан где-то в недрах секретных лабораторий иной расы, вторгнувшейся в наши пределы.

Медик умолк и, отойдя в сторону, взялся просматривать показания приборов, подключённых к телу пациента, тем самым давая возможность генералу поговорить с командующим. Гудза, потоптавшись на месте, шагнул к реанимационной камере и, оглядев крайне бледного молодого человека и покачав головой, обратился к нему:

– Напугал ты нас здорово, командир, прямо до икоты, мы тебя за малым чуть не потеряли. Ты больше так не рискуй и один без надёжной охраны не разгуливай, слишком это опасно даже у нас на Бастионе.

Тяжело вздохнул Бобёр – он был с генералом полностью согласен, прошли те благословенные времена, когда он мог себе позволить разгуливать там, где ему вздумается и когда захочется. Ныне настали такие времена, когда без многоуровневой охраны нигде появляться категорически нельзя. Впредь наука ему пойдёт впрок, но вот информация о том, что неизвестный токсин мог каким-то образом повлиять на работу его головного мозга, вызывала немалое беспокойство…

– Константин Георгиевич, долго ли я здесь прохлаждаюсь?

Взглянув на своего бывшего подопечного, генерал негромко ответил:

– Ровно двое суток, и ещё придётся три дня находиться на интенсивной терапии, в противном случае последствия для твоего здоровья могут быть самыми неблагоприятными.

В глубокой задумчивости помолчав несколько мгновений, Бобёр вынужден был признать правоту генерала. Здоровье – дело серьёзное, и халатно относиться к нему категорически нельзя, но и просто так валяться без дела он никак не мог.

– Как идёт погрузка Иностранного легиона? – поинтересовался он, желая узнать, как идут дела за время его вынужденного отсутствия.

– Подразделения легиона грузятся с опережением графика, и через сорок восемь часов караван выдвинется на Зайоранг. Волчьи стаи также уже практически готовы встретить приближающийся неприятельский флот, да и систему Бастиона в ускоренном режиме минируют. Одним словом, практически всё готово, осталось лишь сковать здесь значительные силы врага и нанести мощные удары в районах Новой Тортуги и Хипори, и армада вторжения окажется в смертельной ловушке, – с усмешкой отозвался генерал Гудза, которому и предстояло командовать гарнизоном Бастиона и выполнить архисложную задачу.