– Я всегда закрываю балконную дверь от дождя или грозы, - сказала она, словно оправдываясь.
– Там есть замок, но чаще всего я забываю о нем. Вот уж не предполагала, что грабитель или кто-то еще попробует влезть через балконную дверь, ведь до земли тут футов пятьдесят!

– Особенно неся на плече обнаженное тело, - проворчал я.

– Вы не верите мне?
– спросила она безнадежно.

– Я пытаюсь, но вы мне мешаете, - ответил я ей.
– Даже если предположить, что убийца - этакий суперграбитель - сумел поднять тело на высоту в пятьдесят футов по отвесной стене, то не кажется ли вам дьявольски странным, что он умудрился спрятать тело в ванной, пока вы спали в спальне?
– Я помолчал, потом добавил:

– И еще кое-что смущает меня: с какой стати он так рисковал только ради того, чтобы принести тело Голди Бейкер в ее старую квартиру?

– Вы думаете, это я ее убила.
– Голос Элеоноры дрожал.
– Зачем, если мы друг друга не знали!

– Сначала я хочу сделать две вещи, - спокойно сказал я.
– Воспользоваться вашим телефоном и обыскать вашу квартиру.

– Делайте что хотите.
– На глаза девушки навернулись слезы и медленно потекли по щекам.
– Меня это не волнует.

Я позвонил в управление и попросил прислать коронера Эда Сэнджера из лаборатории криминалистики и санитарную машину. Потом я прошел в спальню и обыскал ее, на что ушло минут пять. Когда я вернулся, Элеонора Долан по-прежнему сидела на диване, выглядела она так, будто ее только что ударили мешком по голове.

– В спальне я закончил, - сказал я.
– Может, вам стоит что-нибудь надеть? Скоро сюда приедут.

Она встала с дивана и пошла в спальню, тщательно закрыв за собой дверь. Я осмотрел гостиную и кухню, но не нашел ничего, хоть отдаленно напоминающего огнестрельное оружие. Элеонора Долан появилась через пару минут, на ней был свитер лимонного цвета, не скрывавший, а скорее подчеркивающий колыхания ее обширного бюста, и широкие, свободные брюки. Она причесалась, но это, похоже, было единственное, что она сделала, чтобы выглядеть более официально.

– Как насчет кофе?
– с надеждой спросил я.
– Если нам повезет, мы успеем его выпить прежде, чем приедет вся компания.

– Почему бы и нет, - сказала она сдавленным голосом.
– Все-таки какое-то занятие, авось я меньше буду думать о Голди, сидящей в ванной.

Я прошел за ней на кухню, прислонился к дверному косяку, закурил сигарету и осведомился:

– Вы хорошо знали Голди Бейкер?

– Я видела ее только один раз. Она позвонила и спросила, нельзя ли забрать кое-какие вещи, которые она оставила в квартире. Мне она показалась вполне приятной девушкой с хорошим чувством юмора.

– А она, случайно, не сообщила вам своего нового адреса?

– Случайно, сообщила, - бросила Элеонора.
– На тот случай, если я найду что-то еще из ее вещей.

– Вы его где-нибудь записали?

– В этом не было необходимости.
– Элеонора Долан налила готовый кофе в чашки.
– У меня на такое просто фотографическая память. Морган-стрит, 35, квартира 73.

– Вы можете вспомнить еще что-нибудь? Она медленно покачала головой:

– Я уже сказала, мне она понравилась, но она была здесь только десять минут. Сливки и сахар, лейтенант?

– Нет, спасибо.
– Я взял чашку.
– Расскажите мне об Элеоноре Долан.

– Что здесь рассказывать?
– Она состроила раздраженную гримаску. Двадцать пять лет, опытный секретарь с очень однообразной жизнью! Исключая сегодняшнюю ночь!
– Она вдруг вздрогнула.
– И поверьте мне, без таких развлечений я вполне могла бы обойтись!

– Вы не производите впечатления скучной старой девы, - честно признался я.
– С такими-то лицом и фигурой.

– Внешность бывает обманчива, лейтенант.
– Ее темные глаза сверкнули.

Звонок зазвенел с раздражающей настойчивостью. Я залпом проглотил остатки кофе и обжег горло.

– Может, вам лучше подождать в спальне, пока группа из отдела убийств не закончит свою работу?
– предложил я.

– Хорошо.
– Она поколебалась минуту.
– Спасибо. Я дождался, пока дверь спальни закроется за ней, потом отпер входную дверь. Лица дока Мэрфи и Эда Сэнджера, вытащенных из постели в пять утра, выглядели крайне недружелюбно, и я не мог их за это винить. Бросив им пару фраз, я устроился на диване и закурил. Через пять минут док Мэрфи вышел из ванной и кивнул двум парням в белых халатах, которые появились у открытой двери.

– Можете взять ее в обитель, где несть печали, - проворчал он.

– Где это?
– отрешенно спросил один из них. Мэрфи прикрыл глаза, с трудом сдерживая смех.

– В морге, - огрызнулся он.
– Где же еще?

– Я подумал, это новое погребальное бюро, о котором я еще не слышал, сказал парень.

– Если в Пайн-Сити откроется новое погребальное бюро, ты первый услышишь, - сказал я.
– Врач должен знать свое хозяйство.

– Это этично?
– с сомнением в голосе спросил парень.