— Хмм… Учитывая наше положение, я подумал, что вы предпочтете пройти весь долгий путь, осмотреть все окрестности, посетить все храмы по дороге… — Он поймал ее взгляд. — Я не прав?

Огромные, слегка затуманенные глаза василькового цвета прищурились.

— А впереди много… храмов?

Он улыбнулся:

— Достаточно. Многие люди пропускают их, потому что торопятся. — Он переместил руку на другую грудь и повторил нежную пытку, не спуская с нее глаз, прекрасно понимая, какие вихри чувственного напряжения вызывает в ее теле. — У нас остается еще три недели… А потому будет вполне разумно увидеть все, что можно. Посетить как можно больше храмов. Как можно больше мест поклонения.

Она не сводила с него глаз. Он кожей понимал каждый ее вздох, чувствовал, как вздымается и опускается ее нежная плоть под его пальцами, стук ее сердца у себя на груди и еще более сильную пульсацию в самом сокровенном месте.

Ресницы ее затрепетали, и она вздохнула. Теперь она стала совсем податливой, приникла к нему, утратив всякую попытку к сопротивлению.

Взглянув на него, она провела кончиком языка по его нижней губе.

— А я думала, вы нетерпеливый.

Ему удалось подавить желание скрипнуть зубами.

— Все зависит от самоконтроля.

— Ну, вы мастер, я вижу…

Ответить он не успел. Она посмотрела вниз, и он увидел, что его палец остановился, и тогда он снова заставил его скользить вокруг.

— Неужели действительно наслаждений так много?

— Да. — Он не лгал. Его взгляд в который раз остановился на затвердевшем соске; он с трудом втянул в себя воздух. — Но сегодня мы опередили график.

Люк завязал тесемки на ее сорочке. С покорным вздохом она помогла ему привести в порядок свое платье. Но когда он обхватил ее за талию, чтобы помочь встать, она остановила его, скользнула рукой по его подбородку и запустила пальцы в его волосы.

Она заглянула ему в глаза, внимательно всмотрелась в них… и улыбнулась.

— Прекрасно, мы все сделаем по-вашему.

Наклонившись, она поцеловала его — долгим, томительным, сладким поцелуем.

— До следующего раза — и до следующего храма на нашем пути.

Он — человек, которым невозможно манипулировать или командовать, она знала это всегда. Единственный способ иметь с ним дело — соглашаться на все, что он предложит, и использовать это в своих целях.

Такой вывод сделала Амелия. И соответственно подвергла анализу требование Люка об ухаживании в течение четырех недель, сосредоточившись на сей раз на возможностях, которые такой план действий может ей предоставить. Возможностях, о существовании которых она до этого ленча у леди Харрингтон и понятия не имела. Возможности эти вовсе не были пустяком.

Какова цена джентльмена — столь опытного, как Люк Эшфорд, — обещающего леди постепенное прозрение? Шаг за шагом. И так, чтобы не сокрушить ее.

Ее отношение к условленным им четырем неделям сильно изменилось.

Он согласился жениться на ней, сделать ее июньской невестой — она знала, что он так и сделает. Уверившись, что ее основная цель будет достигнута, она не видела никаких причин для отказа от такого развития событий, и перспектива, которую он открыл перед ней, превосходила ее самые необузданные мечты.

Следующий день она провела в приятном дурмане — переживая вчерашнее, строя планы, удивляясь… К тому времени, как она вечером присела в реверансе перед леди Оркотт, а потом под руку с Люком прошла за его матерью в переполненный зал ее светлости, она с трудом удержалась от дерзкого вопроса, какой именно храм лежит за ближайшим поворотом.

— Вон Крануэлл и Дарси. — Люк подвел ее к группе, где стояли два этих джентльмена, его закадычные друзья.

Он познакомил с ними Амелию; там была также мисс Паркинсон, серьезный, богатый «синий чулок». Она кивнула, ее взгляд с неодобрением задержался на платье Амелии из шелка абрикосового цвета.

То же платье немедленно вызвало у Крануэлла и Дарси восхищенное одобрение — вероятно, в противовес недовольству мисс Паркинсон.

— Мисс Амелия, — обратился к ней Крануэлл, растягивая слова и с трудом отрывая взгляд от низкого выреза платья, открывающего верхнюю часть груди, — вы, похоже, так же как и мы, находите заключительную часть сезона утомительной?

Она лучезарно улыбнулась:

— Вовсе нет. Еще вчера я чудесно провела время, изучая новые виды в поместье Харрингтонов.

Крануэлл прищурился.

— Вот как. — Он прекрасно знал, какие удобства для отдыха имеются в этом поместье. — Грот?

— О нет, — разочаровала она его, слегка прикоснувшись к его руке. — Это были гораздо более интересные, совсем новые и волнующие виды.

— Неужели? — Дарси придвинулся ближе, весьма заинт ригованный. — А скажите, эти виды вам понравились?

— Необычайно! — В ее глазах искрился смех. Она бросила взгляд на Люка. Он надел на себя свою скучающую светскую маску, но его глаза… Она еще шире улыбнулась и снова по смотрела на Дарси. Если Люк намерен потратить целый вечер на болтовню с друзьями, вместо того чтобы показать ей следующий храм, стоящий на их пути, ему придется за это поплатиться. — Признаюсь вам, мне не терпится изучить новые виды.