Когда она склонилась над ванной, открывая кран и нажимая на кнопку, чтобы включить душ, Хейдер подошёл к ней сзади.

Обнажённый.

Очень обнажённый и возбуждённый.

Его прикосновения обжигали кожу её бедер там, где он положил свои руки. Возбужденным горячим членом он прижался к её попке. Выпрямившись, Арабелла снова откинулась к Хейдеру, наслаждаясь твердой силой его груди за спиной, мягким прикосновением его губ к её макушке, чувственным скольжением его рук по её животу.

— Теперь, когда мы одни, могу ли я признаться, что испугался? — Его слова удивили Арабеллу.

— Ты? Испугался? Почему? Ты явно превосходил тех мужчин.

Он закружил её в своих объятиях.

— Тьфу. Я не боялся этих дураков. Я испугался за тебя. Когда понял, что они схватили тебя… — Он взял её за подбородок и погладил большим пальцем по щеке. — Не знаю, смогу ли я справиться с потерей тебя.

Его признание вызвало и у неё желание признаться.

— Я тоже не думаю, что смогу пережить твою потерю. Я немного привязалась к тебе.

— Совсем немного? — поддразнил он.

Озорная улыбка тронула её губы.

— О чем я думала, используя слово «немного»? В тебе нет ничего маленького. — Она обхватила руками его член и сжал его.

Он сделал глубокий вдох.

— А я то думал, что ты застенчивая.

— Нет, не стеснительная. Просто прячусь. Но с этим покончено. Поздоровайся с новой, более смелой версией меня. — Новая смелая Арабелла тянула его за член, пока Хейдер не забрался в душ вместе с ней. Теплая вода стекала по коже, омывая их, но еще лучше, она делала его скользким.

Она приподнялась на цыпочки, чтобы подарить поцелуй, полный горячей страсти, в то время как её рука сжимала и гладила его возбужденную плоть.

Их языки сражались за господство, и хотя явного победителя не было, поцелуй оставил их обоих возбуждёнными и задыхающимися.

Хейдер обхватил её ягодицы, погладил мозолистыми пальцами кожу, посылая по ней волны понимания, что на этот раз речь пойдет не только о ней.

Для эгоистичного льва Хейдер подарил ей немалую часть себя. Он доставлял ей удовольствие. Дал ей понять, как прекрасно это может быть. Он помог ей найти свое истинное «Я». Настоящую Арабеллу. Теперь она хотела вернуть ему подарок.

Она опустилась на колени и оказалась на одном уровне с его членом.

Хейдер простонал ещё до того, как она успела взять член в рот:

— Детка, что ты делаешь?

Она ответила, взяв округлую головку в рот, посасывая. Приятно долго посасывая. Его пробрала дрожь, и он запустил пальцы в её влажные волосы.

Арабелла захватила его глубже, всасывая его длину, наслаждаясь сталью, обернутой в бархатную кожу. Всё в Хейдере было сильным. Включая его желание к ней.

Но угадайте, в чем её потребность была столь же сильна.

Она провела несколько минут на коленях, даря ему наслаждение своим ртом, доводя его до края, чувствуя его пульс внутри. Когда он подошёл слишком близко к грани, Арабелла, отстранилась и подула на него, мягкие дуновения воздуха всё равно заставляли его вздрагивать.

Играя его длинным членом, она разминала руками его мешочек, массируя его и перекатывая между пальцами, пока он не зарычал предупреждающе:

— Думаю, ты достаточно мучила его, нас обоих.

Она встала и прижалась губами к его губам, в то время как он обхватил её за талию и приподнял. Хейдер прислонил Арабеллу к прохладной кафельной стене, и жар её кожи совсем не утих, а скорее усилился.

Он отвел свои бедра назад, достаточно далеко, чтобы головка члена коснулась её лона. Обхватив Хейдера ногами, Арабелла притянула его к себе и впустила в своё тело.

Он протяжно вздохнул, глубоко погрузившись в неё своим разгоряченным концом, а она лишь смогла простонать от удовольствия, когда её естество сжалось вокруг него.

Вместе они покачивались и терлись бедрами друг о друга, лишь слегка сталкиваясь, но кому нужны сильные удары, когда он мог входить, толкаться и тереться об неё? Каким бы ни было движение, угол наклона и его член означали восхитительное трение внутри, нежные касания по месту, которое она считала мифом.

Арабелла вцепилась в его плечи, возбуждение нарастало. И нарастало. Все её мышцы напряглись, особенно лоно. Дрожь внутри неё оказалась для Хейдера слишком сильной.

Он застонал, погружаясь так глубоко, как только мог, и удерживал себя там, удерживал, пока его горячее семя проливалось в неё. Пульсации его члена оказалось достаточно, чтобы вызвать её собственный оргазм.

Кончая, она выкрикнула его имя:

— Хейдер.

Он застонал, и пока она содрогалась от наслаждения, отстранился и ударил вновь… Снова и снова. Вдыхая и выдыхая, подводя Арабеллу к очередному оргазму.