Лаз не был заперт и интерефектор принялся медленно поднимать крышку — петли проржавели и от рывка могли заскрипеть.

— И кто твой хозяин? — мастер Фонтен, похоже, специально говорил погромче,.

Люк открылся практически беззвучно, и мы аккуратно спустились на тёмный чердак. Я подумал, что мы собираемся пройти понизу и ударить вампирам в спину, но это заняло бы слишком много времени.

— Господин Глен, что будем делать? — я говорил так тихо, что сам не слышал собственного голоса.

Однако интерфектор всё понял и даже ответил. Также тихо, но чтение по губам для меня небольшая проблема.

— Ждать...

Чего именно мы должны дожидаться было непонятно, учитывая, что Бернард Глен даже не подготовил оружие к бою, но я не спорил. Да и как тут поспоришь, когда любой лишний звук может привлечь упырей.

И только когда сверху послышались шаги и шелест одежды — вампиры подошли ближе к мастеру Фонтену — я понял, что интерфектор не собирается выручать моего бывшего наставника.

— Его зовут Карл, — сообщил, наконец, хриплый.

— Карл Рокитанский? — впервые в голосе мастера Фонтена послышался страх.

Ответом был только булькающий смех, а я рванул к лестнице на крышу.

Но, похоже, интерфектор ожидал, что я попытаюсь выкинуть что-то подобное. Он перехватил меня через мгновение, после начала движения и зажал рот ладонью.

— Не делай глупостей, Норвуд!

Мужчина говорил так тихо, что я не слышал, а скорее догадывался о произнесённых словах. Меня душила обида — мастер Фонтен не остался в стороне, когда Варден решил поквитаться с интерфектором. Бросить его сейчас было неправильно. Это было несправедливо. Это было бесчестно.

— Блэлок говорил, что ты был в плену у интерфектора, с которым был какой-то юнец... — хриплый говорил неторопливо и судя по звукам, связывал сейчас моего бывшего наставника.

— Был, — невозмутимо ответил мастер Фонтен, а потом добавил с усмешкой, и слегка повысив голос: — Но им не удалось пережить эту ночь. Они постоянно лезли всех спасать и в конце концов нарвались.

Интерфектор слегка тряхнул меня, чтобы обратить внимание на сказанные слова. Но я и так понял — это было сказано именно для нас.

Мастер Фонтен не хотел, чтобы мы бросались на выручку и погибли в бесплодной попытке освободить его. Но от этого мне становилось ещё горше.

— А куда ты шёл? — хриплый решил не упускать ни одной мелочи.

— Внучку искал, — мой бывший наставник получается и не соврал, ведь мы действительно шли за ней. — Ты собираешься допрашивать меня сам? Или, может быть, сразу отведёшь к своему хозяину? Не хочу повторять одно и то же десять раз.

— А ты смелый старикан! — сказал молодой. — Надеюсь, у твоей внучки хороший слух, и она быстро услышит твои крики...

Столб света падал через отверстие в крыше, обнажая только маленький пятачок под ним. Мы же стояли в темноте, и увидеть нас было практически невозможно. Но упыри и не собирались никого искать — даже не удосужились заглянуть через лаз на чердак.

Шорох шагов по черепице возвестил об уходе порождений тьмы, но интерфектор продолжал крепко держать меня ещё какое-то время и отпустил только тогда, когда бежать вдогонку не имело уже никакого смысла. В первый миг я хотел высказать всё, что думаю о господине Глене, но глянув в его посеревшее и уставшее лицо, смог только спросить:

— Кто такой этот Карл Рокитанский?

Пыль потихоньку оседала вокруг нас.

— В каком-то смысле — мой коллега, — мрачно усмехнулся Бернард Глен и потёр лоб.

— Он тоже интерфектор? — я не мог поверить своим ушам. — И якшается с упырями?

Мой единственный теперь спутник вместо ответа распахнул люк, ведущий с чердака на этаж, а потом, как следует осмотревшись, спустился.

— Иди сюда, Норвуд, — он ходил по комнатам, проверяя, нет ли там мертвяков. — Поговорим здесь, наверху слишком пыльно, а нам надо придумать, что делать дальше...

Я спрыгнул на скрипучий деревянный пол и встал, скрестив руки на груди, ожидая ответа интерфектора.

— Я знаю, в народе есть мнение, что левая рука Ордена сосредоточена на защите, так как именно в левой руке основатель держал щит, — господин Глен начал рассказ издалека. — Но на самом деле это не так. Точнее — не совсем так. Интерфекторы левой руки действительно заняты защитой, но это не относится непосредственно к схваткам. В бою нельзя выбирать что-то одно — оборону или нападение — это приведёт только к смерти. Мы защищаем Орден от внутренних врагов.