Алекс погрузил пакеты в багажник и подмигнул:

— А теперь в центр?

Элеонора кивнула. В центр так в центр. Перспектива оказаться внутри железного монстра ее больше не пугала.

Оставив машину в старой части города, Алекс провел Элеонору по культурным местам. Всю дорогу мужчина без умолку болтал, посвящая королеву в исторические подробности. Оказалось, между Лондоном и королевством много общего.

— Меня еще никто не слушал так внимательно как ты — заметил Алекс, когда они ненадолго остановились в кафе поесть мороженого.

— Почему ты не хочешь продолжить дело отца? — поинтересовалась Элеонора, и Алекс нахмурился.

— Мне это неинтересно, — после недолгого молчания ответил он, — от скучных собраний клонит в сон, да и вообще бизнес не для меня.

— А что тебе нравится? — мороженое на горячем воздухе быстро таяло, превращаясь в сладкую жидкую массу.

— Ты хочешь знать? — на всякий случай уточнил Алекс. Вдруг будущая мачеха просто посмеивается над ним.

Но Элеонора была серьезна и кивнула, ожидая продолжение.

— Рисовать. Я люблю рисовать. За границей помимо скучных лекций посещал семинары по искусству, — признался Алекс.

Элеонора тоже любила рисовать. Даже не любила, а обожала. Будучи маленькой, все свободное время проводила, рисуя красками на холсте, пока в один миг отец не выбил из ее головы "всю эту дурь".

Романтичное увлечение не для будущей королевы считал он и был прав. Неизвестно, смогла ли она перенять бразды правления, будучи чересчур мягкой.

— Я тоже рисовала. Давно, — задумчиво произнесла Элеонора, но Алекс несказанно воодушевился.

— Правда? Чем? Маслом?

Вопросы сыпались как из рога изобилия. Элеонора улыбалась, вспоминая себя, когда с такой же горячностью пыталась донести до отца важность бесполезного, по его мнению, увлечения.

— Слушай, недалеко отсюда я снял небольшую студию, — вдруг предложил Алекс.

— Там все мои законченные работы и в процессе. Хочешь посмотреть?

В это время Лина в полном отчаянии прогуливалась по королевскому парку в сопровождении темного мага и доброго десятка слуг. Слуги держались позади на почтительном расстоянии, в то время как Маркус неотступно следовал за королевой.

Сердце лжекоролевы билось как птица в клетке. Совсем скоро заседание совета, а выход из положения так и не нашелся.

А что если ей потребуется выступить с речью? Она растеряется и не сможет ничего произнести. Да она и не знает, что следует сказать в том или ином случае. Безвыходное положение, одним словом.

— Что мне делать? — Лина в отчаянии посмотрела на мага. В ее темных глазах застыла вселенская печаль.

Маркус не помнил, чтобы королева когда-нибудь смотрела на него таким вот взглядом побитой собаки. С ненавистью, решительностью да, но не с отчаянием.

— Вы же волшебник, — напомнила ему Лина.

— И что с того? — пожал плечами Маркус. — Я могу совершить превращение, но не чудо.

— А где Лукас? — вспомнив о бедном крестьянине, Лина не на шутку переполошилась.

— С ним все в порядке, — заверил маг. — Остался ждать меня в комнате. Если получится, представлю его как ученика, хотя я не питал бы на его счет особых надежд. Простолюдин не в меру дерзок.

— Вы говорите как все эти снобы! — нахмурилась Лина.

— Все эти снобы составляют часть свиты ее величества, — сухо напомнил Маркус. — Вам следует быть осторожней в высказываниях.

Лина гневно вскинула подбородок. Темный маг отказывался ей помогать, и это проблема.

— Ужасно выглядите, — надула губы Лина, окинув взглядом заросший подбородок и взлохмаченные волосы Маркуса. Он бессовестно проигнорировал ее слова. — Неужели думаете, что небритость придает лицу мужественности?

— Моя внешность должна интересовать королеву в последнюю очередь, — недовольным голосом заключил Маркус, но Лину уже понесло.

Она, конечно, далеко не образец морали и нравственности, но всегда отличалась отзывчивым характером и готовностью помочь. Чего не скажешь о темном маге.

Лина сама не поняла, как у нее получилось. Видимо, магические способности имели обыкновение совершенствоваться. Просто приподняла руку и подумала, как бы все это исправить. В тот же миг подбородок и скулы мага очистились от щетины, засияв белизной кожи.

— Вы считаете это забавным? — Маркус потер ладонью гладко выбритый подбородок, а Лина продолжала развлекаться.

— Надо бы и прическу подправить, — забавлялась она, взмахом ладони меняя шевелюру Маркуса.

Взлохмаченные волосы тут же сменил строгий пучок на макушке, который затем сменился на длинные седые волосы, частично собранные наверху и распущенные по плечам. Поразмыслив, что седой цвет не к лицу молодому мужчине, Лина взмахом руки поменяла его на темно-коричневый.