Обессилив от гнева и ярости, горец откинулся на подушку и замолчал. Борут задумчиво смотрел на него, решая как вести разговор дальше. Будь раненый горец его другом, он бы гордился такой дружбой, будь Брадан его врагом — уважал. Но сейчас вагр не был ни тем, ни другим, и только от Адама зависело, чем обернется это знакомство.

— Что ж, мы назвали себя друг другу, теперь можно отбросить лишние формальности. Стало быть ты вагр. Брадан — значит мудрый, — Адам покачал головой, — жаль, что ты не смог разгадать замысел Кречера… Скажи. Зачем они оставили тебя в живых?

— Не знаю. Но если б не монах, я все равно умер бы от ран. Наверно, негодяй хотел продлить мои мучения или надеялся вынудить моих родичей заплатить выкуп? Все может быть…

— Где твой дом, сын Фиака? Чем живут твои родичи?

— Ты спрашиваешь, не добываем ли мы себе добро в набегах? Это честное дело, но мы не людоловы и не работорговцы, да и караваны не грабим. У нас много врагов и мало друзей, если не будем сильными — потеряем уважение и погибнем, таковы теперь законы Змеиных гор.

— Что знаешь про Кречера?

— Кречер был сильнейшим среди хищников, тех, кто живут разбоем. Сам он из местных, но отряд свой набирал из пришлых, часто даже не горцев, всякого отребья много к нему сходилось, без чести и достоинства. — Брадан снова разгорячился, приподнявшись на локте, и Филарет мягко, но настойчиво заставил его улечься.

— А кто такой Гамсунг?

— Ха, это еще один хищник, раньше подручным был у Кречера, потом свою банду сколотил. Есть у него один силач — Акула…

— Это знаю, сегодня мой товарищ с тем Акулой боролся и одолел.

— Неужто? Не бывало такого еще… Не удивляюсь больше, что сумел ты, князь, Кречера победить. Спрашивай еще, что знаю — расскажу.

— Хватит пока разговоров, наговоримся еще. Отдыхай, Брадан, набирайся сил и помни, ты не пленник — ты мой гость. — И он протянул горцу руку, в ответ получив крепкое рукопожатие, так хотелось Рыси не быть слабым перед Борутом.

— Отче, пора мне, оставляю вас, вечером еще загляну, до встречи.

С этими словами он вышел из комнаты, задумчиво перебирая серебряный набор воинского пояса.

Решив найти Орлика и Скворуша, чтобы рассказать о горце и о выводах, к которым он пришел, князь спустился во двор, но уже на выходе столкнулся с мастеровыми. Отец Борислава — Яков, смущенно топтался на месте, когда князь, поздоровавшись, остановился возле них. Андрей, плотник, как обычно, молчаливо прятал взгляд. Они явно о чем-то хотели поговорить и не знали, как начать.

— Не пройдете ли со мной? — спросил Борут, указывая рукой в сторону казармы — Мне бы хотелось услышать ваше мнение. Ты ведь Яков, оружейник? — Обратился он к Якову.

— Да, и отковать, и наладить и починку провести — все могу.

Эта мысль, привлечь к делу мастеровых — возникла у Адама еще вчера, когда большое количество оружия, взятое после боя с Кречером, разгружали в казарме. Очень неплохие образчики разного рода сабель, ножей, пистолетов и ружей попадались среди бандитского добра. Некоторые вещи были просто загляденье — пару кинжалов Адам сразу отметил — такие и князю не зазорно иметь.

Одна беда была — большей частью оружие было сломано, или находилось в совершенно неподобающем состоянии.

Яков, увидев эту гору на полу, даже горестно всплеснул руками, такое обращение с дорогими его сердцу изделиями, не укладывалось в его сознании. На предложение Адама попробовать разобраться с этим, он сразу ответил бурным согласием, заверив, что именно об этом и хотел просить князя, сидеть без дела и даром есть чей-то хлеб, он не привык. Было видно, что мастеру не терпится заняться делом.

— Клинки надо бы отполировать, переточить, ружья и пистолеты отремонтировать и в боевое состояние привести. Сколько тебе потребуется времени, Яков?

Мастер вдумчиво окинул взглядом тюки с оружием и, огладив короткую, только сегодня подстриженную бородку, отчего будто сбросил десяток лет, ответил:

— Вижу, работы много, но постараюсь в неделю управиться со всем.

— А если Андрей будет помогать тебе?

— Да и то просить хотел в помощники его дать. Он же и по дереву и по кости работать умеет, как раз приклады да рукоятки сможет поправить, в человеческий вид привести.

Андрей покивал, соглашаясь с его словами.

Догадываясь, что не прогадал, поручив это важное дело спасенным мастерам, Адам, подозвав двух дозорных, велел им помочь перенести все в мастерскую при оружейной, навесить на дверь замок и отдать Якову.