– Смотри, – Яримар показал на шкаф с посудой. Из-за того выплыл сгусток отрицательной энергии и медленно поплыл в сторону собутыльников. Обвился вокруг головы приятеля художника и начал втягивать в себя жизненную энергию. Потом сгусток попытался повторить аналогичные действия с самим Стасом, но жизненная сила художника оказалась более стойкой и наступлению энергетического вампира не поддалась.

– Что тут творится! – удивился Ратим. Он никогда не сталкивался с тем, чтобы в домах происходили подобные вещи. Нет, ему, конечно, уже попадались дома-вампиры, но они таковыми были постоянно. Здесь же минуту назад всё было спокойно, а теперь нечто пытается лишить человека части энергии.

– А тебе не кажется, что наш источник что-то видит? – Яримар вопросительно посмотрел на друга.

– Нет, не кажется. Я в этом уверен, – взглядом Ратим внимательно проследил за убежавшим из кухни Стасом. – Давай подключимся к участку его головного мозга, где создаются зрительные образы и узнаем, что именно он увидел.

– Давай… Чёрт! – чуть ли не выкрикнул Яримар.

– Ты чего ругаешься? – спросил Ратим. Он несколько замешкался в отличии от более шутрого коллеги.

– Я и не думаю ругаться, – хмыкнул Яримар. – Чёрта видит наш подопечный.

– Тогда понятно, – Ратим наконец-то увидел мелкого беса. – Хм, действительно чёрт. И весьма необычный. Слишком… слишком… – он замялся, подбирая слово.

– Слишком симпатичный?

– Да, точно, – Ратим щёлкнул пальцами.

– Но это не удивительно. Наш человек художник же. Вот его воображение и рисует такого беса. И во мне, кажется, просыпается эстет. Только посмотри, какие цвета, какой характер. Прямо пальчики оближешь.

– Ты что, его есть собрался? – приподнял бровь Ратим.

– Я не виноват. Это художник его так воображает, а я только наблюдаю, – ответил Яримар, получающий эстетическое наслаждение. – Сила искуства.

Чёрт, действительно, был хорош собой и походил на кошку не только грацией, но ещё гладкостью и чистотой шерсти. Она отливала на свету, как будто её вымыли дорогими шампунями, и могла сравниться с дорогой норкой. Копытца у беса были светло-серые, рожки ровненькие и очень острые. Он больше напоминал хорошую дорогую игрушку, которая стала бы очень приятным подарком и ребёнку, и даже взрослому.

– Ты когда-нибудь видел таких чертей? – Яримар, отошедший от приступа эстетичности, выглядел задумчивым. – Прямо фотомодель из преисподней. Или "голубой" – так здесь гомосексуалистов называют.

– Ты что? – Ратим помимо воли вступился за нечисть. – Черти голубыми не бывают.

– Не-а! Как раз наоборот, для них это норма! Знаешь, чем они на шабашах, судя по летописям, занимались?

– И знать не хочу. А что ты сразу про голубых вспомнил? Красивый – не значит голубой.

– А что ты за него заступаешься? Пусть он хоть трижды голубой или пять раз натурал, всё равно по рогам от нас получит, несмотря на ориентацию. – Яримар стукнул кулаком о ладонь.

– Я не заступаюсь. Просто не привык оскорблять противника.

– Да это разве оскорбление? На Земле в некоторых странах «голубой» звучит как «ваше величество».

– Слушай, ты о работе будешь думать?

– Я о ней всегда думаю, но не всегда говорю.

Ратим укоризненно посмотрел на друга. Тот никак не хотел переключаться на серьёзный лад, хотя уже сейчас можно было понять, что столкнулись они с очёнь необычным явлением.

– Смотри, какая ерунда! – сказал Ратим. – Получается, что это стена дала поток направленной энергии, которую наш художник воспринял в качестве этого рогатого красавчика. Как у него это получилось?

– Хороший вопрос, – Яримар задумчиво поскрёб подбородок и зачем-то посмотрел по сторонам, – А версий, как назло, ни одной. Хотя постой! А что если это проявление его способностей как источника силы Сотворения?

– До начала инициации? – засомневался Ратим, – Всё равно необычно.

– У тебя есть версии лучше? Как бы он ещё иначе что-то увидел? – заметил Яримар.

– Да, ты прав. Хотя разве что…

– И на искусственно инициированного он тоже не похож. Даже слепой не перепутает.

Яримар ещё раз бегло просканировал все перекрытия в "хрущёбе", включая подвальные помещения.

– Чувствую в доме концентрацию отрицательной энергии, причём очень умело скрытую от, так сказать, «поверхностного взгляда», – сказал он. – Более того, мы бы сами её не заметили, если бы она не пробудилась. Наш новый знакомый, – Яримар кивнул в сторону Стаса, – вероятно, единственный человек, который, хоть и в своих образах, но всё же видит её. Однако, кто управляет этой энергией? Где её мозг, управляющий центр?