– Прости, мне пора, – сказал я, глядя в ее заплаканные глаза. Она снова заплакала и, закрыв лицо руками, побежала внутрь заведения. На душе стало тоскливо, не каждый день я вот так просто расстаюсь с симпатичными девушками. Глеб самостоятельно залез на свою лошадку и ждал меня, глядя куда-то в небо, оно и вправду было очень красивое, успел заметить я.

Мы выехали из торговой слободы молча, каждый был погружен в свои мысли, ночь уже вовсю вступала в свои права, каравана на поляне уже не было, только одинокая повозка стояла на краю. Мы подъехали к ней, Стефан дремал сидя, оперевшись на колесо. Услышав шум приближающихся лошадей, он встал, стряхнул с себя прилипшую солому, поклонился и залез на место кучера.

– Милорд, мы отправляемся догонять караван или заночуем тут? – спросил он у меня.

– Отправляемся, только надо разгрузить кой-какой багаж, – похлопал рукой я по свертку, привязанному к моему седлу. Спрыгнув на землю, стал развязывать узлы, Глеб остался в седле. Передав свёрток Стефану, дождался, когда он уложит его внутри повозки, и подал ему свой сундучок.

– Положи его в укромное местечко, – добавил я. Дождался, когда Стефан вылезет из повозки и займет своё место.

– Поезжай первый с такой скоростью, с какой будет комфортно, мы поедем следом за тобой. Если заметишь что-то подозрительное, тормози, – дал ценные указания я. Ехать первым было бы, конечно, разумнее, но с какой скоростью ехать, чтобы догнать наш караван да так чтоб не отставала наша повозка? Всё-таки уже ночь на дворе.

Выехав на тракт, мы поехали с Глебом вслед за повозкой. Дорога была ровная, без ям и ухабов. На небе взошла луна, ярко освещая землю, ночь стояла тихая, не слышно пения птиц, только фырканье лошадей да скрип ехавшей впереди повозки. По обе стороны от дороги простираются поля, на сколько хватает взора ночью при свете луны, да, наверное, и днём не увидеть конца этим полям. Первое время мы ехали молча, немного успокоившись, я всё же решил спросить:

– Глеб, эта симпатичная девушка в трактире – твоя возлюбленная?

– Нет, с чего вы взяли, господин?! – стал возмущаться парень.

Я покрутил пальцем возле своего лица.

– Вот эта вот помада на твоём лице говорит об этом, – усмехнулся я. Парень засмущался и стал вытирать лицо. – Глеб, дружище, скажи, зачем ты отправился со мной? У тебя есть девушка, вы любите друг друга. А там есть большая вероятность сложить голову.

Глеб поднял голову и посмотрел на меня.

– Я должен доказать, что я мужчина, – гордо заявил он. Я посмотрел в его глаза, там играли искры молодого вина из трактира.

– Глеб, я серьезно спрашиваю, – повторил я.

– Мои родители давно умерли, – как-то издалека начал парень. – Я остался сиротой и, скорее всего, сгинул бы от голода, но меня забрала к себе троюродная тётка, Элеонора, она очень добрая, – Глеб тяжело вздохнул. – Элеонора давно работает у вас в замке, её там все знают. Она меня и пристроила, сначала в конюшне работал, потом стал на вас работать. У Элеоноры своих две дочери, да ещё за мной приглядывать, вот я и решил отправиться с вами. Надеюсь, не пропадём, – многозначительно посмотрел он на меня.

– В мои планы не входило, по крайней мере, – уточнил я. – Мне будет нужна твоя помощь, мне надо вспомнить как можно больше, а что не вспомню, тому научиться, – я перевёл взгляд с парня куда-то вдаль.

– Я так понимаю, вы не помните эту девушку в трактире? – Глеб разорвал тишину.

– Не совсем. Помню, что у нас что-то было, и всё, – не стал вдаваться в подробности я.

– Говорят, она дочь какого-то барона, но это слухи, она приезжая, не местная, её никто не знает. Я подробности не знаю, но вы часто к ней заходили, – слегка засмущался парень.

Телега перед нами резко остановилась. Мы с Глебом переглянулись и поехали вперёд. Посреди дороги лежала мертвая лошадь.

– Это засада, – прокричал я. – Глеб, в телегу, охраняешь груз.

С обеих сторон дороги посыпались стрелы, били явно для острастки и напугать добрых путников. Я и не заметил, как Стефан залез под телегу. Правильно сделал, боец из него всё равно не очень, а вот мешаться будет сто процентов. Я вытащил свои мечи и ждал нападения, всё стихло, никто не появлялся, я прокатился вокруг повозки – никого.

– Глеб, – позвал я парня, – где твоя веревка?

– Вот, господин.

Парень был немного взволнован и напряжен.

– Почему ты не надел щит и не достал своё оружие? – гневно спросил я.

– Так, это, стихло же, – заикаясь, ответил он.

– А если бы не стихло? – не унимался я. – Думаешь, грабители станут ждать, пока ты приготовишься?

Глеб понуро опустил голову.

– Виноват, господин, – промычал он.

Я завязал петлю на конце веревки и ловко по-ковбойски накинул мертвой лошади на ногу.