И никаких идиотов рядом!

Вновь покосилась на Джейка. Ну, во всяком случае, сегодня этот не сказал и не сделал ничего идиотского.

— Кстати, — спросил парень, — а в вашей школе случайно привидения не водятся?

Ну вот, накликала! Или он просто пытается ее напугать, как у мальчишек принято? Солнце, кстати, уже село и школу затопило сумерками.

— Никогда не видела, — вежливо ответствовала Сэмми. — Если встречу, что-нибудь передать?

Джейк как-то многообещающе размял сцепленные кисти рук: точно, прикалывается! Но ответил серьезно:

— Скажи, чтобы ко мне заглянули.

— Обязательно.

На цокольном этаже Лоу остановился у расписания, занимавшего всю стену. Уставился на него: собирается выучить все уроки или просто поужасаться? Она вот каждый раз ужасается. Ни то, ни другое: не сводя глаз с заполненных квадратиков, Джейк спросил:

— Хиро как… завел себе друзей в классе?

Сэмми хмыкнула.

— Не больно-то он и стремится!

Лоу задумчиво покивал: похоже, и не ждал ничего другого. Помолчал и спросил:

— А конфликтов у него ни с кем не было?

С чего это она должна докладывать про его братца? Беспокоится, что у Хиро нет друзей, а сам дал ей-приятелю поворот от ворот! Может, еще и девушек ему будет подбирать? Или у них в семье так и заведено? Посоветовала злорадно

— А вы, мистер, у его куратора поспрашивайте! Всё доложит! Ну ладно, мне ещё домашку делать, до свидания.

Через пару шагов услышала, как Джейк двинулся следом. Объявила, не оглядываясь:

— Мистер, я иду в туалет!

— Тоже зайду на дорожку, — не растерялся тот.

Сэмми метнула взгляд через плечо: кажется, или парень улыбается? Чем она его так забавляет?

— Если что — это женский туалет! Мужской в том конце!

— Спасибо, — невозмутимо ответил он и двинулся мимо столовки и медкабинета по сумрачному коридору (горели только знаки аварийного выхода да светильники-таблетки над обоими туалетами).

Сделав свои дела в учительском закутке, Сэмми вымыла руки, разглядывая себя в зеркале: глаза недовольные, щеки горят от раздражения. Услышала, как что-то уронили в одной из кабинок: ещё чирлидеры не разошлись? Посоветовала громко:

— Ты давай там скорее, охранник скоро двери закроет!

Ожесточенно начесала кудряшки на лоб и лицо: да когда же кончится эта внезапная очная ставка?!

Потому что «доберман» опять ждал ее в коридоре. Придерживая за петельку снятый пиджак, изучал в полумраке вывешенный на стене перечень обстоятельств, при которых следует использовать красную кнопку тревоги. Интересно, у него тоже руки чешутся ее нажать?

— Поздновато уже, давай до дому доброшу.

Сэмми представила, как Лоу подвозит ее на своем лощеном «баклажане»: да все соседи из окон повыпадут, завидев ее на такой машине и с таким взрослым парнем! Очень постаралась, чтобы в голосе не прозвучало сожаление:

— Не надо. Мне ещё в магазин и…

А тетка рухнет в обморок, а очнувшись, устроит ей допрос. С применением пыток. Эх, жизнь!..

— Так я помогу тебе тележку толкать! — Джейк согнул руку. — Бицепсы видишь? Можешь потрогать.

Короткие рукава голубой рубашки и впрямь открывали заметные мышцы. В этот момент парень так походил на дурачившегося Принца, что Сэмми неожиданно захотелось рассмеяться — и она насупилась.

— Не буду я вас трогать, мистер, и не надейтесь! И с тележкой уж как-нибудь сама управлюсь.

Джейк шел рядом, заглядывая в лицо — приходилось отворачиваться, чтобы он не рассмотрел ее слишком хорошо. Из-за этого Лоу решил, что она психует.

— Саманта, если тебе показалось, что я у тебя что-то выпытываю…

«Показалось!»

— …я просто беспокоюсь, как брат тут приживается.

Сэмми отмахнулась:

— Да нормально приживется! Никто его не обижает, учителя и вовсе в восторге! И девчонки все от него пищат…

— И ты тоже? — спросил Джейк.

Пищала бы, если бы была девчонкой. А она кто?! Ф-фух… «Не разбери-поймешь», говаривала тетка, когда Сэмми в детстве возвращалась после драки или с порванной от бесконечного лазанья по заборам, оврагам и заброшенным домам одеждой. Так и не удалось приучить племянницу к платьям-юбочкам и прочим рюшам!

Так как она молчала, Джейк неожиданно придержал ее за локоть:

— Саманта, послушай…

Но что хотел сказать старший Лоу, так и осталось неизвестным.

Потому что тишину и сумрак пустой школы прорезал вопль.

Это был именно вопль.

Не просто вскрик и не голошение дуркующих учеников.

Так кричат от невыносимой боли или от смертельного ужаса.

Или от того и другого, вместе взятых.

Двое застыли, глядя друг на друга расширенными глазами. Пальцы Джейка так стиснули ее руку, что в иное время Сэмми заорала бы сама. А сейчас лишь эта боль не дала подогнуться коленям.