Я грустно выдохнул.

— Но я, кажется, знал его сына, — ответил Рэн. — Ивара Бергмана. В те времена он был в орхуской дружине… Кажется, это было в другой жизни. Хе-хе… Пятнадцать… Нет шестнадцать лет назад…

Я слушал рыжеволосого воина молча, но мое сердце готово было выпрыгнуть из груди!

— Вижу тебе знакомо это имя? — взволнованно спросил Рэн.

— Да, — быстро кивнул я. — Ивар был моим братом.

— Почему был?

— Именно шестнадцать лет назад моим родителям сообщили, что он погиб здесь в Пустошах…

— Хм… Выходит, это было аккурат в те дни, когда я виделся с ним, — с сомнением в голосе сказал Рэн. — А мы точно говорим об одном и том же человеке?

— Не знаю, — пожал плечами я. — Но в Орхусе мы единственные Бергманы.

— Тогда я ничего не понимаю, — озадаченно сказал Рэн. — Если мы говорим об одном человеке, тогда Ивар, которого я знал просто не мог погибнуть в Пустошах.

Я почувствовал, как мое сердце и без того отбивающее бешенный ритм, забилось еще учащённей.

— П-почему не мог? — заикаясь прошептал я глупый вопрос.

— Потому что тот Ивар, которого я знал никогда не бывал в Пустошах. Скажу больше, шестнадцать лет назад, мы виделись с ним в столичном порту. В таверне Желтый Краб. Собственно, там мы с ним и познакомились… А это, как ты понимаешь далековато от Пустошей.

— Это уж точно, — вставил свой медяк Бруни и мечтательно добавил:

— Мне бы сейчас на часок оказаться в Желтом Крабе. Несколько кружечек их темного пива мне бы не повредили…

Я слушал Рэна и не мог поверить своим ушам!

— Как такое возможно? — ошарашенно спросил я. — Ведь родители получили грамоту о его гибели!

— Бумагомараки опять что-то напутали, — презрительно фыркнул Бруни, отвлекшись от мечтаний о темном пиве.

— Но отец был в канцелярии…

— Бруни прав, — кивнул Рэн. — Крючкотворцы частенько хоронят нашего брата раньше времени.

— Но шестнадцать лет… — сказал я.

— А вот это уже аргумент, — согласился рыжебородый, здоровяк тоже кивнул. — За это время твой брат должен был уже объявится…

— А твой отец разговаривал с его командиром или его боевыми товарищами?

— Из его отряда никто не вернулся… — покачал головой я.

— Дела-а, — удивленно произнес Бруни.

— Как-то все это очень странно… — нахмурился Рэн.

— Может вы помните что-нибудь еще? — спросил я с надеждой. — Может мой брат говорил, куда собирается отправиться?

— Нет, — нахмурив лоб, ответил рыжий. — Помню лишь, что их отряд сопровождал барона и всё… Но о Пустошах речи даже не шло…

— Запутанное дельце, — снова дал свою оценку происходящему Бруни.

— Значит, я должен его распутать! — сжав кулаки сказал я. — Как вы сказали? Таверна Желтый Краб?

Рэндельф грустно кивнул, а Бруни усмехнулся и сказал:

— Какой шустрый! Ты сперва до наших границ доберись, а уж потом…

— Кстати об этом, — перебил я его. — Насколько я понял у вас есть план? Может быть мы могли бы объединить наши усилия?

Мужчины переглянулись и с жалостью посмотрели на нас.

— Да, — ответил Рэн. — Нам известен один путь. Но, поверьте, он вам вряд ли понравится…

Понятно. Не хочет говорить. Боится, если мы попадем в плен, можем проболтаться.

— Говорите. Клянусь, вашу тайну я унесу в могилу!

— Я тоже клянусь! — пискнул Ми.

Мужчины снова переглянулись. Бруни пожав плечами сказал Рэну:

— Чего уж тут… Скажи им… Хе-хе… Посмотрим на их рожи…

Рыжеволосый усмехнулся.

— Мы хотим попытать счастья на юге, — коротко сказал он.

Я непонимающе уставился на усмехающихся мужчин. Затем перевел взгляд на вздрогнувшего Ми.

— На юге лишь один путь — Каменный лес, — взволнованно прошептал он. — Даже орки бояться тех мест…

— Скажу прямо, — сказал Бруни. — Вы будете для нас обузой.

— Увы, Эрик, — пожал плечами Рэн. — Ваши уровни…

— Да, я уже слышал. А если нам все-таки есть, что предложить?

Бруни, хлопнул себя по колену и хохотнул:

— Баг побери! А мне нравится этот пацан!

— Что ж, — пожал плечами Рэндельф. — Тогда удиви нас…

— Хорошо, — спокойно кивнул я. — Только не делайте резких движений.