— Как ее на Газель затащить, если она не пойдет. Упрется и не пойдет. Подумает, что забивать ее везем… Хорошо. Давай я быстро почищу тут, и поедем к бабушке. А ты пока походи вокруг, особенно на границе леса. А еще лучше — сделай метки на деревьях. Сколько сможешь.

К конюшне возвращались быстрее, так как лошадки чувствовали, куда идем, и прибавили в скорости. Они знают, что после поездки мы наполним кормушки на улице.

На последнем отрезке, когда выехали на обширные луга перед загоном, даже перешли на рысь. Это стало в последнее время традицией — прийти первым и покрасоваться перед бабулей. Она на рысь не переходила, а с одобрением смотрела нам вслед.

Один раз я пробовал перейти в галоп. Это такой ход лошади, когда у нее отрываются от земли сразу три ноги, а не две. Показалось не комфортно, и я больше не пробовал.

Весь остаток дня провели у лошадей. Чистили их щетками. Причем не только своих, а всех, кто подходил. А они взяли привычку подходить к нам по очереди. Сначала — с именами, лошадки наших друзей и подруг, потом все остальные, включая двух жеребцов. Те вначале вели себя независимо, но потом стали подходить тоже.

Пока чистил конюшни, брат с бабушкой занимались раздачей корма из мешков в кладовой, устанавливали в кладовой и конюшне клеевые ловушки для мышей, занимались седлами и упряжью.

Пообедали на скорую руку на месте, в комнате для персонала, и только в семь часов отъехали в сторону усадьбы. Съезжая у шлагбаума на свою грунтовую дорогу, привычно кинули взгляд на сделанную контрольно-следовую полосу на асфальте, в сторону города. Но сейчас делали это больше в силу привычки, так она давно остается нетронутой.

— Олег! Тебя ждем… — бабуля крикнула мне с веранды, а я пытался закончить с чисткой оружия. За минуту сложил все, что не закончил, в отдельную сумку, готовое поставил в угол беседки и пошел отмывать руки.

Бабушка наелась первой, потом смотрела на нас и молчала. Сидела в ожидании, так как мы заранее предупредили, что у нас множество вопросов.

— Сначала расскажите, на кого вы там охотились?

Мы заранее решили с братом, что ничего не будем говорить до ужина. И предложений делать не будем. Сначала ее послушаем.

— Какая еще охота, бабушка Аня? — брат отодвинул в сторону свою чашку, и по способу сынов Завета ответил вопросом на вопрос.

— Думаешь, что я стрельбу не слышала? А по вашим довольным «мордахам» вижу, что кого-то подстрелили, а раз домой не приволокли, значит — не дичь.

— Все правильно ты определила, — я провел ладонью по короткой черной шерстке Мицика, который уютно устроился на пустом стуле рядом и слушал, что мы говорим.

— Собственно, это и охотой назвать нельзя. Встреча носила чисто случайный характер. Три довольно молодых волка встретились нам по пути. Один убит и валяется в трех метрах от тропы, его Андрей завалил. Я тоже попал, но картечью, и не убил. В результате два волка ушли. Вот и все.

— Еще я зайца видел, — вставил Андрей, в первый раз за все это время.

— Зайцы должны быть… Просто они ведут ночную жизнь, дорогой мой. Думаю, что их будет все больше и больше, а с холодами полезут в село, на огороды. А волка где убили?

— Недалеко от коз, в лощине, которая идет к реке. И еще — одной козы не хватает. Мы пошарили по окрестности, но остатков не нашли. Думаем, что ее разорвали или уволокли. Наверное, волки, но и на собак подумали. А что ты скажешь?

— Улыбаешься? Думаешь, что твоя бабушка все знает? Могут быть и собаки, тут можно только гадать… Что еще видели?

— Были у коровы, в верхней части села, — поспешил ответить Андрей. — Она цела, но очень грустная, и плохо выглядит, хотя корма ей хватает.

— Вот я и говорю, что мне плохие сны снились… Что смотрите, дорогие вы мои? Думаете, что я скажу? Так слушайте, — решительно сказала бабушка Аня, затем повернулась к Андрею, и уже спокойно стала говорить.

— Сначала про корову скажу. Они стадные животные, это раз. Поэтому ей одной не прожить, от слова совсем. Быка ей мы не найдем, это говорю просто так, к слову. Забрать ее сюда — даже нет и речи. Забрать ее в конюшню — так ей сено нужно заготовить, это два.

— Вы у меня городские, и совсем не готовы к такой жизни. Но дело не в том, что не сможем, а в том, что не вижу в этом смысла. Какой вывод сделаешь из того, что сказала, Андрюша?

— Вывод напрашивается только один — резать, пока другие не сделали этого.

— Все, приговорили буренку. Пускаем ее под нож. Когда лучше? — решил я уточнить.

— Давайте в конце октября. Вы там следите за ней получше, подкормите ее комбикормом, зерновыми кормами можно. Ячмень и овес также можно, они относятся к диетическим кормам.