«Поболтали о ерунде и ничего так и не выяснили. Как обычно.»

Она проснулась от звука чужих шагов, прислушалась и насчитала трёх человек. Они ходили по библиотеке и кухне, хлопали дверцами, хотя и было слышно, что они стараются вести себя тихо. Вероника встала с постели и оделась, дождалась, пока беготня утихнет, и пошла в ванную. Там прибавилось баночек, появились те, что она оставила на прошлой квартире.

Умывшись и расчесавшись, пошла на кухню, где нашла свои банки с чаем, свои приправы и даже свою еду. Поулыбалась с изрядно уменьшившейся запеканки министра Шена и доела вчерашний рис.

В библиотеке обнаружились все её бумажки с прошлой квартиры, даже те, на которых были каляки-маляки, под столом нашёлся бумажный пакет с точилками и сундучок с нитками-иголками.

Потом взгляд наткнулся на синюю коробку и Вера помрачнела, отвернулась и заметила входящего через портал министра Шена. Он заметил её взгляд, насторожено замер и чуть кивнул, пытаясь изобразить беззаботность:

— Доброе утро. Собираетесь открыть?

— Нет, — она отвела глаза, но всё равно почувствовала его напряжение и досаду.

— Почему?

Вероника медленно глубоко вдохнула и как могла спокойно ответила:

— Не знаю, как тут у вас, но в моём мире подарок — это не просто вещь, это память. Как обелиск в честь победы, чтобы видеть и вспоминать обстоятельства, при которых он был получен, людей… — Она с досадой на себя саму сжала зубы, понимая, что говорит не то и не так. — Понимаете, каждый раз, как он попадается мне на глаза, я вспоминаю… — она опять запнулась, не находя слов, посмотрела на министра Шена, надеясь, что он поймёт и так.

— В моём мире, — тихо сказал он, глядя на коробку, — иногда дарят подарки, чтобы извиниться и загладить вину.

— В моём тоже так иногда делают, — с сарказмом кивнула Вера, — некоторые женщины даже устанавливают своеобразную таксу, соотношение тяжести преступления и стоимости подарка. Но я не из этих.

— Я купил его до того, как… — он замялся, — практически сразу после боя в Орхусе. Это действительно подарок, а не взятка.

— Почему вы не захотели прийти? — Вера посмотрела на него прямо, он отвёл глаза. Она кивнула на подарок:- Я открою, как только узнаю причину.

Он молчал, становясь всё напряженнее, потом нахмурился и тихо выдохнул:

— Не хотите — не открывайте.

— Я подожду, — криво улыбнулась Вера, — рано или поздно я всё равно узнаю.

— Неужели вам не любопытно?

— Нет.

— И вы не попытаетесь узнать из других источников?

— Нет. Я подожду, пока вы скажете мне сами.

— Долго придется ждать.

— Ничего, я родилась в год змеи, змеи умеют ждать.

— Я тоже родился в год змеи, — фыркнул министр, — но ждать совершенно не умею.

— Наверное, в наших мирах слишком разные змеи.

— Похоже на то, — криво улыбнулся министр, опять глядя на подарок, Вера молча пожала плечами, не решаясь спросить, зачем он пришел. Министр наконец опустил глаза, тихо сказал: — Вчера с рынком не получилось, пойдете сегодня после обеда. Куда-нибудь, кроме лавки мастера Валента, пойдёте?

— Да. Мне нужно ещё к одному мастеру и в аптеку. И по продуктовым рядам было бы неплохо пройтись, у меня много чего закончилось.

— Я понял. — Он мрачно смотрел в пол и молчал, она неуверенно спросила:

— Я по дороге увижусь с Бартом?

— Нет. Он не знает, что вы идёте на рынок.

— Но если выйти в правильное время…

— Нет, — качнул головой министр, — Барт из корпуса в корпус телепортируется, в тот раз он пошёл пешком только ради вас, и кстати, опоздал на занятия.

— А он может телепортироваться на тот перекрёсток, а потом телепортироваться оттуда?

— Нет. Барту для телепортации нужна крыша. — Вера подняла брови, министр пожал плечами: — У него в детстве была боязнь открытых пространств из-за того, что он почти не выходил из дома. Фобию вылечили, но телепортироваться под открытым небом он до сих пор боится, а для этого нужна сосредоточенность и концентрация.

— Ясно. — Она вздохнула и замолчала. Министр криво усмехнулся и фыркнул:

— А если я предоставлю вам Барта, вы пригласите меня на чай? — Она поморщилась:

— Откуда в вас эта привычка — за всё торговаться? Даже за то, что можно легко получить даром.

— В моём мире ничего не даётся даром.

— Теперь будет, — саркастично развела руками Вера, — потому что в вашем мире появилась я, смиритесь с этим.

Он усмехнулся и покачал головой:

— Я никак не привыкну.

— Ничего, это придёт со временем, — иронично успокоила его Вера. — Чай?