Вкусностей мне сегодня перепало вдвое больше, чем вчера. Я собрала в узелок то, что хотелось съесть немедленно, и, радостная, ушлепала обратно на реку. Теперь уже с твердым намерением как следует погреться на солнышке.

Этой ночью мне почему-то приснилась ярмарка. Я бездумно блуждала между огромных разноцветных шатров и чувствовала себя очень одинокой и какой-то маленькой. Да, именно маленькой, как блоха. Вокруг роились толпы людей в ярких одеждах, лица их были размытыми, а мне почему-то казалось, что меня непременно вот-вот раздавят, как ту самую блоху. Что я здесь делаю? Куда иду?

— Ай, какой пэрсык! Скажи, зачем такой красывый и такой нэсчастный, да? — из человеческого потока вдруг вынырнула жгучая брюнетка в пестрой цыганской одежде и цепко ухватила меня за руку, чуть ли не силой заставив раскрыть ладонь. Я мельком удивилась тому, что рука у меня вполне нормального размера, не блошиного.

— Ай, какая ладошка! Волшебная ладошка, как есть говорю!

— Чего?!

— Позолоти ручку — погадаю! Все увижу, все расскажу!

— Чегооо?! А ну руки убери, сумасшедшая!

Цыганка тряхнула тяжелыми кудрями и зашептала уже вполне нормальным голосом, враз лишившись чудовищного акцента.

— Лета, не голоси! Это же я.

— Кто — я?

— А ты присмотрись, — с этими словами она крутанулась на пятках — и вот передо мной уже стоит невысокая, миниатюрная большеглазая девушка. Брюнеткой она так и осталась, только волосы стали не такими густыми и длинными. На смену смуглой коже пришла близкая к аристократической бледность.

Несмотря на удивление, я честно попыталась присмотреться. Девушка казалась знакомой и незнакомой одновременно. Может, она похожа на одну из моих многочисленных подруг?

— Простите, но я действительно вас не знаю!

— Знаешь, Лета. Это же я, Лайн! Ну вспоминай же ты!

— Нет… Нет, вы ошибаетесь.

— Я ошибаюсь только в предсказаниях. Иди за мной!

— Куда?

— Туда! — и странная девушка поволокла меня в один из шатров. — Вот, заходи и располагайся.

— Погодите, девушка… Э… Лайн, да? Погоди. Я не хочу располагаться. Я вас не знаю. И, честно говоря, с каждой секундой все больше не хочу знать. Можно я пойду? Пожалуйста!

— Не можно.

— Да зачем я вам?!

— Я сейчас тебе что-нибудь наворожу!

— Не надо, — испугалась я окончательно.

— Надо! Или тебе не хочется узнать, как ты здесь очутилась и для чего тебе это нужно? — девушка трещала без умолку, быстро зажигая прямо-таки невероятное количество больших и маленьких свечей. В шатре стало очень светло и… душно от всевозможных благовоний. Я громко чихнула.

— Будь здорова, — не отвлекаясь от приготовлений, сказала гадалка.

— Спасибо. Эм… долго еще? Мне становится нечем дышать.

— Не ной, пожалуйста. Я и так спешу.

— А я и не ною. Я боюсь задохнуться.

— Не задохнешься! Благовоний много не бывает.

— Кажется, бывает, — прохрипела я и снова оглушительно чихнула.

— Будь здорова.

— Спасибо… Да что за черт… Аааапчхи!

— Будь здорова!

— Спасибо!!! — рявкнула я. — Когда вы наконец оставите меня в покое?!

— Скоро.

Несколько раз я порывалась вскочить с мягкой софы и удрать из странного места куда глаза глядят, но у меня почему-то не получалось. В конце концов я смирилась с неизбежным и попыталась расслабиться.

Закончив подготовку, девушка ловко шмыгнула к овальному столу и расставила на нем в рядочек маленькие разноцветные флакончики. Затем принесла глубокое золоченое блюдо, до краев наполненное прозрачной водой.

— Мы будем варить в нем зелье? — подозрительно уточнила я.

— Мы будем в него смотреть. Приготовься, сейчас начнется волшебство! — лукаво улыбнулась она, выливая в воду первый пузырек.

По воде пошла мелкая рябь, как от ветра, и она окрасилась в нежно-розовый цвет. Красиво.

— Вижу, — вдруг выдала гадалка.

— И что же ты видишь?

— А то и вижу. У тебя есть очень близкий человек. Мужчина. Но сейчас он далеко.

Я скептически хмыкнула.

— Тоже мне, близкий! Да он просто идиот!

— Кто идиот?

— Дерен, конечно! Кто же еще?

— Сероглазый брюнет?

— Зеленоглазый блондин!

— Не вижу я никакого блондина. Брюнет есть — вот же!

Я сунула нос в блюдо, но в розоватой воде не увидела вообще никого — ни брюнетов, ни блондинов.