На тренировки и проработку деталей плана у них ушло гораздо меньше времени, чем хотелось бы Гвоздеву.

— Идет! — Чиф забежал в каюту, где Гвоздь с Лаской упаковывали оружие и оборудование в водонепроницаемые кофры, — собирайтесь быстрее, объект в зоне видимости! На все про все у вас пятнадцать минут.

— Может, следующего подождем? Мы еще не совсем готовы, — Гвоздь считал, что на подготовку операции надо тратить в пять-шесть раз больше времени, чем на ее проведение. А не наоборот.

— У них нет четкого графика следования. Следующий танкер может появиться здесь как через неделю, так и через месяц. Я не могу столько болтаться в Финском заливе, у меня есть свои дела и обязательства.

— И о чем тут думать?!

Ласка подхватила кофр и выбежала из каюты.

— Вот что с ней делать, а?

— Есть два варианта. Либо идти за ней и помогать. Либо отправиться со мной на мостик, смотреть на шоу и пить пиво.

— У тебя и пиво есть?

— Конечно, сам варю. Темное, с хмелем.

Вот тут Гвоздева и разорвало пополам. С одной стороны хотелось… а черт с ним, с эти «хотелось»! Все равно миру плевать с высокой башни на все хотелки Гвоздева! И, несмотря на явную несправедливость, Гвоздю этот долбанный мир один черт приходилось спасать.

— Ты это… когда за нами смотреть будешь, слишком не увлекайся. Хоть одну бутылкочку оставь.

— Заметано! Пойдем, я вас с транспортным средством знакомить буду, — Чиф бодро затопал своими многочисленными конечностями.

— Стой… погоди… как знакомить? — обалдело спросил Гвоздев, но капитан уже скрылся за переборкой.

Непонятная фраза про знакомство не оказалась какой-то там метафорой. Чиф привел их в отсек, посреди которого плескался водичка в большом круглом бассейне. Шестиногий капитан достал из стоящего возле стены рефрижератора ведро с крупными рыбинами и подошел к краю бассейна.

— Чего застыли? — спросил он у застывших Гвоздя и Ласки, — айда знакомиться.

Чиф подошел к бортику и постучал по нему замороженной рыбой.

— Лорка! Лооорка! — зычно прокричал он прямо в бассейн.

— Среди импов встречаются русалки? — шепотом поинтересовался у Ласки Гвоздь.

Та пожала плечами. В принципе установкой модов можно кого угодно из себя сделать. Хоть русалку, хоть минотавра. Правда, увлекались таким «тюнингом» немногие.

Но из бассейна вынырнула не тетка в чешуе и с хвостом, а лоснящаяся бело-черная голова с усаженным цилиндриками зубов рылом. Животное бережно, как бы стесняясь, приняла рыбину из рук капитана.

— Теперь ты, — Чиф жестом подозвал Ласку и сунул ей в руку другую рыбу.

— Руку не отхватит? — девушке было страшно приблизиться к монстру из глубин.

— Ты что! Лорка нежная, как котенок!

Ласка хотела бы возразить, что она видела котят и те не вызывали у нее желания завопить от ужаса. Наоборот, к ним хотелось прикоснуться, а эта лоснящаяся туша…

— Мамочки! — кое-как закинув корм в пасть косатки, девушка с визгом отпрыгнула. Потому что рядом с первым китом появился второй.

— Гвоздь — это твоя Томка! — Чиф представил Гвоздеву вторую косатку.

У того перед кормежкой китов не было никаких предубеждений. Еще до космического перелета он бывал в океанариуме и даже как-то побарахтался в воде рядом с косаткой. Гвоздь знал, что морские исполины не нападают на людей, если их не провоцировать.

— Чиф, скажи, мы это зачем делаем? — методично закидывая рыбу в пасть ненасытно Томочки, просил Гвоздь, — Я не против животину покормить, но ты же говорил танкер идет, нам выдвигаться пора.

— Так вот на них и выдвинетесь, — хохотнул Чиф.

— Ты же несерьезно? — побелела Ласка.

— У нас времени нет шутки шутить.

— Но у тебя же должны быть подводы катера или… да хоть в торпеды нас лучше засунь!

— Девочка моя, — ответил Чиф, — я тебе сейчас раскрываю одну из главных тайн контрабандистов. Любой искусственный аппарат можно засечь. Радарами, детекторами, сонарами. Идеальной стелс-технологии не бывает. Любая техника шумит, излучает и греется.

— Киты тоже не бабочки, — возразил Гвоздев, — сколько такая «томочка» весит? Две тонны?

— Почти три. Но на биологические объекты, даже такие крупные, сканеры никто не настраивает. С ума сойдешь, из-за каждого косяка рыбы тревогу поднимать.

Гвоздев заметил, что блестящая черная кожа на голове у Томочки, чуть повыше глаза, была рассечена. Из старой, зарубцевавшейся раны торчали две антеннки длиной с палец.

— У твоих китов стоят моды? Они же тоже могут засветиться на радаре!