Я заёрзала.

— Мы не можем просить поддержки Ястреба. Это будет выглядеть ужасно нагло и непомерно. Можно попросить его оставить комментарий к нашим записям, но не сейчас. Ястреб находится под огромным давлением. Более одиннадцати тысяч игроков мертвы, он боится, что последует ещё один взрыв и новые смерти, а в данную минуту произносит речь, пытаясь успокоить пятьдесят миллиардов напуганных людей.

— Согласен, — сказал Натан. — Просить Ястреба об одолжении через две секунды после того, как мы посетили место взрыва, было бы очень эгоистично и глупо. Подождём подходящего времени, чтобы обсудить этот вопрос.

Он помолчал.

— Но вообще-то я хотел поговорить с Ястребом по другому поводу.

— Какому?

Натан взглянул на меня настороженно:

— Ты ведь его большая поклонница. Даже картинку боя с Кракеном на стену повесила.

— Ага. Из всех Игроков-основателей он самый крутой.

— Самый крутой, и только? Когда Ястреб пришёл в телохранилище, ты сказала, что он — твой герой всех времён и народов.

Я вспыхнула.

— Да я поверить не могла, что вижу Ястреба, вот и не удержалась. Но и ты был хорош. У тебя чуть глаза из орбит не выскочили, еле выдохнул: “Ух ты!”

— Всё правильно, — кивнул Натан, — но между нами есть огромная разница. Как бы я ни восхищался Ястребом, он меня не привлекает как мужчина, так что я не стану фантазировать о романе с ним.

— Ни о чём таком я не фантазирую! — огрызнулась я.

— Да ну? С того момента, как появился Ястреб, я как человек-невидимка. Ты же глаз с него не сводишь.

Я нахмурилась. Неправда! Или правда?

— И дело не только в том, что ты его взглядом пожираешь, — добавил Натан. — Ты ещё… Да только посмотри на себя!

— Ты о чём? — смутилась я.

— Одежда, причёска, кожа, цветочки эти прекрасные. Мне что, по буквам сказать? В телохранилище ты таскала комбинезон, а волосы были, как воронье гнездо. И для меня это было вполне норм, но тут появился Ястреб, и ты тут же превратилась в гламурную кису.

Я вспомнила свою мысль, что в новой одежде выгляжу как представительница гламурной тусовки. Но от этого комментарий Натана только больше меня взбесил. Я гневно бросилась защищаться.

— Я не бегала сама за этим костюмом. Что мне дали, то и ношу. А в душе была куча примочек, вот я их и попробовала. Да ты сам не удержался и постригся!

Я в упор взглянула на Натана.

— Ты всё это говоришь, потому что попросил меня встретиться с тобой после работы, а я отказала.

— Нет, я говорю не из-за ревности. Ты мне нравилась даже в том синем комбинезоне, было классно болтать с тобой про разные миры и создания Игры. Да, я не удержался и позвал тебя на свидание, но отказ на самом деле стал облегчением. Я сразу знал, что заводить с тобой роман - большая ошибка.

Я не хотела отношений с Натаном, но его слова меня оскорбили.

— Это почему же?

— Потому что я хочу быть Игротехником.

— Уж не знаю, чем это тебя так привлекает, — огрызнулась я, — Как только игроки выплачивают пожизненную подписку, они больше не работают и наслаждаются, исследуя миры Игры. А если ты станешь Игротехником, всю жизнь придётся работать.

— Если я стану Игротехником, никогда не захочу уйти в отставку, — парировал Натан. — Ты мечтаешь исследовать миры Игры, Джекс, а я мечтаю создавать их. Я не просто хочу это делать, я должен это делать. У меня в голове клубятся сотни идей, образы пейзажей и созданий, что просятся на волю.

Он помолчал.

— Вот только Игротехникам не разрешается крутить шашни с игроками. Это потому что у Игротехников так много власти. Боги Игры не должны иметь любимчиков среди простых смертных.

Страсть в его голосе сменилась печалью.

— Если меня примут на работу, все эти правила станут моим законом. Придётся уйти от всех, кого я когда-либо знал, я их больше не увижу их и не заговорю с ними. Я поссорился с моим братом-близнецом по этому поводу. Он сказал, что если для меня важнее быть Игротехником, чем его братом, если я однажды разорву с ним связь из-за своих амбиций, он лучше сразу порвёт со мной. Мы уже несколько лет не разговариваем.