Шрифт:
Он опять дернул правую руку. Часов не было. Тогда он выхватил телефон. «08.03.»
«Так, всё ясно – нужно срочно на Новый Арбат, посмотреть, что там происходит! Успею? Ну, а если не успею, то чё? Ванчё! Давай, вперед! Там разберешься!»
И Ефим быстро (опять не бегом) зашагал к Новому Арбату. Уж эту-то дорогу он знал хорошо: мимо конюшен, которые должны были сгореть и отстроиться заново, мимо библиотеки с памятником-мужиком, сидящим под снегом, мимо кинотеатра и Министерства Обороны – в подземный переход, и всё – на Новом Арбате («Старый» – слева, в закоулке – это знает любой Немосквич!). Сейчас он найдет своих компаньонов. Точнее, постарается их разыскать.
Как-то тусклее выглядел Новый Арбат, чем вчера вечером. Огней меньше, реклама старая. Магазины «угнетенные». Написано на стене: «Кафе Ангара». А этого кафе уже давно нет – последний раз там что-то было с надписью «Ангара», но, кажется, это был какой-то фешенебельный ресторан или магазин. А сейчас всё вокруг, как… Впрочем, почему как? Всё и все пытаются убедить его, что он в девяносто шестом. И, почти, убедили – он же про манеж, думал, как о конюшнях, которые «должны были сгореть и отстроиться»… А если сейчас девяносто шестой, то это означает…
Вспышка!
Ефим резко остановился, осененный, блин, страшной догадкой. Он сунул руку в карман, вытащил первую попавшуюся в руки купюру Российских денег и посмотрел на неё. Десятка с Красноярском, год издания -1997. «О-па-чки! Попадалово! Если девяносто шестой?!.. Если это так, то у меня нет денег! Почему? По кочану – их вообще ещё нет: не напечатали! Не выпустили! Не придумали ещё их даже внешний вид! Это все фантики. И Евро тоже не существует! Хотя за Евро, которых у меня в кармане на расстрельную статью, и я толком не знаю, откуда они взялись, если не считать, что я мог столько выиграть в казино, но это рассказ для дураков и налоговых инспекторов, могут и укатать при любом раскладе – будь то в прошлом или в настоящем! Уж больно они похожи на валюту! И как быть, уважаемый?…»
В кармане завибрировал телефон.
«О-го!» – вырвалось у Ефима.
Он быстро выдернул трубку. На табло горело «Маманя».
– Аллё!
– При-ивет! – голос матери был хорошо слышен. – Спите ещё?
– В смысле? – не понял Ефим. – Ты откуда звонишь?
– Из дома, – недоуменно ответила мать. – Не хочешь мать с Днем рождения поздравить?
– С Днем рождения? В смысле? – вообще всё запуталось в башке. – А какое сегодня число?
– Уже Одиннадцатое. Ты что, ещё не проснулся?
– Да уж, не скажи! Скорее всего, нет! Ноября?
– Что? – теперь не поняла мать.
– Ноябрь сейчас, я спрашиваю? – почти проорал Ефим.
– Конечно!
– А год, какой?
– У тебя всё нормально, сыночка? – В голосе матери послышалась тревога. – Ты как себя чувству…
– Нормально! Год, какой? – перебил её Ефим.
– Шестой.
– Девяносто шестой?
– Две тысячи шестой? Что с тобой? – мать уже ни на шутку была напугана. – У тебя всё нормаль…
– Всё отлично, мам! – обрадовался Ефим, вновь не дав ей договорить. – Я шучу, Мам! С Днем рождения тебя! Целую, и желаю тебе всего самого наилучшего. Потом прилечу… Я сейчас в Москве…
Он не успел договорить – телефон отсоединился.
И как не пытался Ефим повторить набор номера – телефон не реагировал, не было связи.
«Ну, это нормально! – Ефим улыбался. – Мозги мне не парьте своим девяносто шестым!»
Однако всё вокруг говорило об обратном.
«Ничего, сейчас разберемся!»
И Ефим смело, так сказать, целеустремленно зашагал к «Шерри», или «Черри», или в «Метелицу», или «Как Его Там», короче, туда, куда он не помнил, как называется, но точно знал, что это находится в нише на Новом Арбате.
Вот оно!
Он, не думая ни о чем, открыл двери и вошел.
– Доброе утро! – сказал ему огромный мужчина-охранник на входе. – Вы?…
– Я в туалет! – ответил Ефим. – Замерз.
– Пожалуйста, – мужчина указал, где находится туалет.
– Спасибо, я знаю, – сказал Ефим и направился в «мужскую комнату».
При входе он чуть не столкнулся с невысоким человеком в старомодном, темном пальто и такой же фетровой шляпе. Сделав пару шагов, Ефим остановился и резко обернулся.
– Нашелся во времени? – спросил его мужчина, улыбаясь.
– А вы кто? – в ответ спросил Ефим.
Мужчина открыл какую-то дверь между зеркалами и предложил:
– Зайдем, там всё и узнаем.
Зеркала отражали обоих.
– Я в туалет хочу.
– Уже нет, – заметил мужчина в шляпе.
И Ефим понял, что действительно, уже нет (но не подумайте только, что он уже… – просто расхотелось).
А зеркала продолжали отражать их обоих.
На шляпе и пальто у мужика были крупные капли от талого снега. Видимо, он тоже только что вошел. Ефим посмотрел на своё отражение. «Не понял!» – его волосы были сухими. И куртка тоже. Глянув вниз, он увидел свои чистые, начищенные до блеска (как ни странно) ботинки. Более того, они не оставляют мокрых глинистых следов – сухо и чисто на каменном полу. Вопросительно глянув на человека в мокрой шляпе и пальто, Ефим только и вымолвил: «Да уж, – видимо, нужно зайти».