— Думаю да угрожаю, — сказа Волтер, сжав руки в кулаки. Низкий и спокойный голос Волтера был будто бальзам на духу после скрежетания бандюги.

— Парни, давайте преподадим этому самодуру урок, — волтер не внушал им страха, ведь он был безоружен, и они даже не догадывались, как опасен их соперник.

Разбойники оголили своё некчёмное ржавое оружие и готовились на него напасть. Их вид был таким, будто Серый должен был испугаться их «боевого» вида. Но егерь повидал разное, а потому кучка дряхлых бандюг, вооружённых металоломом не заставила дёргнуться даже мускул на его лице. И уже разбойники стали опосаться. Первым напал разбойник с саблей. Он нанёс удар, который мог бы быть резким для пьянчуги из самого грязного округа, но не для старины Волтера. Он с лёгкостью ушёл в бок, будто танцевал танец с дамой сердца и освободил танспол, чтобы она выполнила сложное движение. Затем он схватил его костлявую ручёнку, что по ощущениям напоминала куринную лапку, и ударил его кулаком по носу. И пока он преходил в себя после столь сильного удара. Серый обошёл его. Аккуратно, чтобы не доставить боли раньше времени отогнул лысую голову. И нанёс удар по выгнутой дугой шее, что сломало её. Все остальные бандюги стояли с выпученными глазами, будто увидели что-то воистину страшное. Пока они пучили глаза, тело их товарища остыло полностью, а когда Волтер на ниг бросил косой взор они и вовсе дали дёру.

— Спасибо, чем я тебе обязан? — спросил мужчина. Он ещё не успел оклиматься от испуга, а от того задыхался, а голос его дрожал.

— Куда вы направляетесь? — спросил Волтер и поднял саблю мёртвого разбойника. Сабля была на редкость уродливая, будто прежде ней драяли сортиры в грязных харчевнях.

— В Кроун, а что?

— Позвольте мне пойти с вами, это будет лучшая награда.

— А зачем тебе туда?

— Скажем так я, ищу своё предназначение, — серый не любил ветьевато выражаться, а потому сказал так. К тому же на его взгляд. Слово «Предназначение», — звучало очень красиво и литературно.

— Ну, хорошо, к тому же с тобой мне нечего бояться в пути, — сказал странник, пожав плечами.

И они отправились в путь.

Путь их лежал всё через ту же чащу. Уже темнело. Стефан, так звали попутчика Волтера, говорил, что Кроун уже близко. Сам же Стефан был седобородый, имел тучное телосложение и невысокий рост. Очень часто матерился, его глаза были добрыми, а смех это было что-то с чем-то. Его смех был заразителен и такой громкий и красивый. Волтеру Стефан казался чуть-чуть забавным, но впрочем, он произвёл хорошее первое впечатление.

— Королю Герарду кстати как раз нужен телохранитель, — рассказывал Стефан.

— Это король Кроуна, я так понимаю.

— Да!

— А что произошло с прошлм телохранителем?

— Его убил один убийца в тёмном проулке…

— Хм, но я некогда небыл телохранителем.

— Не переживай, это дело не пыльное. Точно так же убиваешь всяких тварей и гадов, только тех, которых скажет король, — сказал беспечно Стефан.

— Это меня и тревожит, — сказал совсем не беспечно Серый.

Ведь егеря хоть и служили королю, но убивали всех, кто угрожал королевству и не более. Если же Волтер будет убивать всех подряд, то он нарушит свой кодекс.

Вдруг Волтер сказал:

— Стой, — он выставил руку вперёд и прикрыл глаза.

— Что случилось?

Стефан глянул Волтеру в лицо с какой-то опаской.

— Подожди…

Волтер стал принюхиваться. Потом он резко схватил Стефана за плечо и оттянул в сторону и из кустов сиганул волколак. Его тело было мускулистым и покрыто чёрной шерстью, ростом он был почти в два метра. Его пасть была от уха до уха, и усеяна острыми зубами и испачкана в закипевшей крови, которая сливалась с шерстью. Уши монстра торчали вверх как две одиноких ели на поляне в виде макушки головы. Передние длинные лапы свисали до колен, в позе стоя и на каждой было по пол десятка острых как бритва когтей. Лапы его напоминали обгоревшие ветви дерева. Его глаза горели огнём. Задние лапы имели изгиб подобно обычному волку. Он упал на землю и тяжело дышал, так как когда он пролетал в прыжке мимо путников, Волтер сделал ему порез от шеи и до бедра и тем самым срезал с его шеи медальон в виде половины сердца. Егерь отлично знал, что вторая такая половинка находиться у любимой этим монстром девушки. Также он был удивлён, что он сумел нанести весьма серьёзное повреждение таким дренным оружием. Волколак упирался в землю лапами и пытался подняться. Он подымался на сантиметр другой, но тут же падал. Глаза его уже не горели, а стали грустными.

— Волтер, добей же его, — выкрикнул Стефан.

— Подожди.

Волтер стал подводить свою руку к голове волколаки. Поначалу оборотень рычал, но не был в силах, что-то сделать. Он приложил руку к его голове и почувствовал всю душевную боль, что овладела этим на первый взгляд бесчувственным монстром. И он будто бы передал ему силой мысли «Уходи, я тебя отпускаю».

Тогда монстр нашёл в себе силы подняться и убежать.

— Вот это да! Ты что друид?! — удивился Стефан.

— Нет, просто понимаю животных, а они меня…, - Сказал Серый неуверенно.

— Может, ты сумеешь найти общий язык и с моим соседом?

— Он что Волколак?

— Нет, он животное, — Волтер ухмыльнулся, — впрочем, идём, до Кроуна осталось совсем чуть-чуть.

Они продолжили путь, а вдалеке уже виднелись башни замка, в котором жил Герард-король славного королевства Кроун.

Ночь Волтер провёл в уютном доме Стефана, а на утро он собирался представить его королю Герарду. Волтер влюбился в это королевство с первого взгляда. Оно чаровало его. Он уверенно шёл вперёд, хоть и был здесь впервые.

Сам Кроун был красивым королевством. Архитектура была выполнена в старом стиле, который можно было-бы назвать модным лет двести назад но из-за постоянных ремонтов и реставраций постройки не казались старыми. Дома были деревянными. Повсюду цветы разных видов. Причём были они в садах почти у каждого человека. А от того королвство букваьно цвело и пахло. Кроун-солнечный и радостный город. Он является полной противоположностью Калиморта.

На входе в замок стража не давала войти Стефану и Волтеру. Они злобно скрестили копья у них на проходе, нахмурили свои мохнатые брови и оттопырили мясистые губы они были почти как блезнецы с минимальными отличиями. У каждого было по дубинке, чтоб отпугивать всяких неугодных. Тогда Стефан сказал: