— Тело, — кашлянула я, почему-то покраснев, и в ту секунду ощущая это самое великолепное тело слишком сильно и чувствительно, что кровь как-то слишком быстро хлынула к щекам, явно оттаяв, особенно когда Рит приглушенно и мягко рассмеялся, лукаво выгибая свою бровь:

— Что не так с моим телом?

Оххххх, с этим телом было все так!

— Температура? — снова кашлянула я, чувствуя, как его большие горячие ладони, сжали мои руки сильнее.

— Нет.

Я тяжело сглотнула, почему-то слишком остро ощущая его жар в одном месте, где вот именно в эту минуту жара быть вообще не должно было! Внутри бедер!

— ….закаливание? — прохрипела я, все еще не в силах заставить себя пошевелиться, тихо млея от его близости и содрогаясь каждой клеточкой тела от его прикосновений…пусть даже через несколько слоев одежды.

— Можно и так сказать, — чуть повел мощным плечом Рит, глядя прямо на меня, даже если его голова находилась на моем плече, прижимаясь идеальными широкими скупами, поросшими щетиной.

Я не могла выносить на себе взгляд этих красивых, глубоких глаз, когда Рит смотрел именно так — не моргая и горячо, снова пробормотав:

— Вам совсем не холодно?…

— Жарко… — выдохнул он в ответ, и я бы сказала, что это весьма очевидно, если бы язык смог пошевелиться, потому что Рит подался вперед, защекотав мою отогревшуюся щеку своими длинными густыми ресницами и проводя кончиком носа по моей щеке, глубоко вдыхания, — …мне так жарко…

Ох…а как же жарко было мне, когда хотелось уже скинуть с себя пуховик, но не для того. чтобы прохладиться, а чтобы припасть к Риту кожа к коже, ощущая его жар так сильно, чтобы можно было просто сгореть.

Мне кажется я хотела этого так сильно и так долго. что была готова просто плевать на все правила приличия и эти недоуменные, недовольные взгляды. которые сквозили между нами порывами ветра. что никак не мог сделать этот жар хоть немного меньше.

Рит даже внимания не обращал ни на кого. продолжая крепко обнимать и прижимать меня к себе, согревая так, что мое дыхание участилось, и кожа нагрелась словно изнутри, оттого как бурлила моя кровь.

Я не вздрогнула, когда Рит зашевелился. усаживаясь в одних тонких джинсах прямо на холодную землю, припорошенную снегом, даже не содрогнувшись от пронзающего холода, потянув меня к себе на колени, чтобы теперь я была надежно укрыта его ароматный жаром буквально со всех сторон.

— ОЙ! Это у вас там….фонарик?

При чем, такой прям твердый и…кхэм… увесистый, что я прочувствовала даже через свои брюки, и даже через ткань пуховика!

Добротный такой «фонарик»!

Рит хмыкнул хрипло и явно дергано. но все-таки лукаво, осторожно пошевелив бедрами, отчего я зашевелилась на нем тоже, понимая, что мои глаза медленно. но верно округляются:

— Ага! С подогревом, вибрацией с ручном режиме, и двумя батарейками!

Ого! Какой многофункциональный этот инструмент однако.

Я почему-то напряженно вытянулась на его бедрах. покосившись по сторонам на тех. кто бросал на нас косые взгляды, даже если при этом активно делали вид, что продолжают работать — переставлять свет. копаться в костюмах, разносить моделям горячий кофе.

Люди якобы работали и не видели. почему с каждой секундой я краснею все сильнее и сильнее, приглушенно выдохнув так, чтобы мог услышать только Рит. обнимающий меня еще крепче:

— …НО он кажется сейчас в рабочем состоянии…

— Боюсь, что в последнее время он всегда в рабочем состоянии, Кудряшка.

Я захлопала ресницами. чувствуя, как его горячие пальцы нырнули под объемную ткань пуховика и ловко скользнули под свитер, когда длинные горячие пальцы принялись водить легкие узоры прямо по моей коже, едва касаясь. отчего воздух вышел из легких одним рывком и больше не смог войти в мое тело.

– ..мистер Рит… — ахнупа я приглушенно. когда его ладонь легла на мой живот. принявшись поглаживать нежно, томно и чувствительно, рисуя круги и опускаясь с каждым таким полукругом вниз…и еще вниз….касаясь кончиками горячих пальцев линии брюк, когда из моих губ вылетел лишь тонкий дрожащий выдох, — мистер Рит!..

— Ммммммм?..

— … на нас все смотрят…

Во мне уже не оставалось воздуха, чтобы просто ахнуть или ойкнуть, когда вторая рука Рита настойчиво забралась под пуховик вслед за первой, но потянувшись вверх к моей груди, пока низкий голос прошептал, касаясь губами моей скулы:

— Пусть смотрят.

Так то оно так…но одно дело, когда тебя тискают в кабинете или где-то еще, но, по крайней мере, в четырех стенах, а не среди леса, где помимо нас шныряла туда-сюда еще куча людей, которые пусть и делали вид, что они активно работают, а все-равно все глаза были скошены исключительно на нас.