– Угу, - в третий раз односложно подтвердила я и откинула голову на плечо Фили-циусу.

Мы лежали на могильном холмике, опираясь спиной на полустертую эпитафию - чей-то давно забытый след в камне. Вокруг по кладбищу деловито шныряла куча народа - детей и их преподавателей эвакуировали, зато набежала добрая полу-сотня искателей, охранителей, лекарей и еще шут знает кого.

Я очень осторожно переложила раненую руку поудобнее и удовлетворенно вздохнула. Что это было - фантастическое везение новичка или сошедший на ме-ня, наконец-то настоящий, полноценный боевой транс мастера смерти? Не здеш-него Мастера, а настоящего - из прошлой жизни. Из той, где были изнуряющие тренировки, испытания на грани возможностей, боль, ломка и жалкие подобия воинского безумия, которым мы, малолетки первого круга, жутко гордились?

Только теперь я поняла, что значит по настоящему впасть в боевой транс. И сама с трудом верила, что стремительная смерть в маске, покрошившая десяток тва-рей, сливаясь в единое целое с хищным серпом на цепи - это я. Вроде и моя па-мять, а вроде и...

Во всяком случае, расплата за этот «подвиг» настигла меня, а не кого-то другого. Когда транс схлынул, я рухнула между могилами, как подрубленная, до крови за-кусив губу, чтобы не заорать от боли в порванных мышцах и связках.

С-с-с-с! Распрыгалась одна такая... без разогрева, без нормальной растяжки, когда тренировалась - забыла уже.

Хорошо, Фил успел обернуться в человека и поймать меня на руки.

Ну и лежим теперь на травке, птичку слушаем. Лекарь мне уже диагностику про-вел, регенерирующий браслет нацепил, за отказ от госпитализации обматерил. Старший хранитель строгим и одновременно опасливым голосом приказал с ме-ста не сходить, пока не допросят и мнемозапись боя не снимут... вот и лежим.

– Вы устали, Мастер?
– зачем то спросил вслух Кусаригама. Вежливая и какая-то даже льстивая интонация звучала от него очень непривычно, но я прекрасно по-нимала, что вокруг чужие... существа. А я как бы кошу под древнюю...

– Безумно. Голова от такого количества народа просто кружится, - так же, вслух от-ветила я, сделав вывод, что информация рассчитана для многочисленной публи-ки, посматривающей на меня с плохо скрываемым интересом.

В меня огромным плотным потоком полилась чистая скверна, переработанная моим оружием.

– Х-хватит, - от неожиданности слишком резко выкрикнула я, от чего застыл не только Фил, но и все вокруг.
– Оставь себе. «И лучше скинь мою долю на карточку» - уже более спокойно добавила я мысленно, ощущая что то вроде легкого несва-рения... у ауры. Интересно, разве скверны можно... переесть?

Во время транса я не осознавала, а сейчас вспомнила, что, кажется, выпила одну тварь подчистую... нечаянно. И я не уверена, что сделала это через Фила.

Похоже, я совсем какой-то заковыристый мутант. Но, теоретически, плохо стать от съеденной скверны не должно. И Мастера и Оружия ее поглощают только в путь и еще ни один не лопнул. Разве что каждый в своём виде: Оружия питаются дикой - сразу из тварей, а мастера уже переработанной через источник Оружий. А вот медицинскую уже адаптировали для всех. По идее, я могу брать любую... но к че-му тогда это чувство переедания?

Уже когда мы встали с могилки, выковыряли плоского ежика у меня из под куртки и пересадили Филу в капюшон, выдали короткий слепок памяти боя ставшему со-всем почтительным хранителю и медленно побрели к выходу с кладбища, я осо-знала еще один интересный момент:

– У нас ведь оплата была не фиксированная, а вся скверна, которую соберем?

– Кхм, - почему-то подавился пимпла.
– А я говорил! Только зря могилы обшарива-ли. Тут мы по прикидкам не меньше 20 средних кубов подняли на каждого. Еще сколько-то ты уже сожрала, правда. А ведь нам за предотвращение гибели мелких еще и награда положена, о, и компенсация от искателей за неверную инфу.

– За что награда?
– не поняла я.
– Нас же для этого и наняли, мы просто сделали свою работу.

– Ну, значит, премия, - пимпла пожал колючками и радостно потер лапками свой нос-картошку.
– А ты оказалась выгодным приобретением. Купим мне новый нако-питель!

Всю дорогу помалкивавший Фил не выдержал и хмыкнул. Я покосилась на него, на пимплу... и мы с моим оружием хором заржали. Не засмеялись, а именно за-ржали. Прекрасно! Напряжение само нашло выход, это азбука психологической гигиены. Нас учили.

– Не слушай его. Потакая его желаниям, я бы давно уже без единого малого куба остался. Потому он и Обжорка, - отсмеявшись и утерев слезы, сказал Филициус.

– Новый накопитель это не обжорство!
– надулся биоид.
– Это необходимость! И вообще, это шальные деньги, незапланированные, а значит, можно потратить!

– Не делай вид, что уже забыл слова нашего Мастера о семье. Не отбирай у ее де-тей последнюю кроху скверны, бесстыжая ты животина.

Теперь поперхнулась я. Они что, решили, что я молодая, но многодетная мамаша? Нда, забавно представлять своего ворчливого мастера своим ребеночком. Хотя Тьяна вполне под это определение подходит. Ага, а Шео - старый дед, намного хуже детей в своём маразме.