— Куда ты пойдешь? — хмурился Аэд, он так всегда мечтал победить брата, занять его место. А вот же… Сейчас занял, и ему было муторно от этого.

— К Шауму. Жрец звал, сказал, у него есть кое-что важное для меня, — ответил Раад.

Как и что будет делать, он пока не знал. Он просто должен был, потому что иначе не сможет жить. У него в груди как будто пульсировала живая нить, и по ней он чувствовал все. Ее боль, неуверенность, страх. И эту нить оборвать нельзя.

Раад хотел уйти один, только он и Ардо.

— Куда? — перегородили ему дорогу сразу несколько Проводников.

Не все кланы. Но здесь были самые сильные. Оба драконьих принца, Алан и Хейнан Лиг Трен, Бранвен Ленд, Ургенн Кар и Сотхан. Ургенн Кар и Сотхан еще держали носилки, на которых, порываясь встать, лежал раненый Гайдиар. И здесь, рядом с Ардо, был пепельный Нерр.

— Мы пойдем с тобой, повелитель!

— Я больше не повелитель, — сказал он, качнув головой.

— Плевать, — усмехнулся ночной охотник Бранвен Ленд. — Ты поведешь, потому что ты главный.

Несколько мгновений Раад хмурясь смотрел, как медведь и барс держат носилки с волком, и думал, что наверное черное зло должно было нагрянуть, чтобы все они перестали враждовать и грызться.

— Ты, — обратился он к лежащему на носилках волку. — Сторожевой замок должен выстоять, что бы ни случилось, понимаешь? Ты останешься и защитишь проход из долины. Потому что некому кроме тебя.

Горный волк дернулся было, выражая свое несогласие, но потом кивнул. Гайдиар сейчас не мог драться сам, но он действительно был единственным, кто знал, как удержать сторожевой замок.

— Подожди. Вот возьми.

Он полез за пазуху и вытащил несколько артефактов перехода. В другое время Раад стал бы допытываться, откуда они у волка, сейчас он просто благодарно принял помощь.

— Дракона возьмет? — спросил он, рассматривая кристаллы, мерцающие тонкими светящимися нитями внутри.

— В один конец всех возьмет.

Дракона порталом? Нерр возмущенно фыркнул. Но это было хорошо. Это позволяло сэкономить время и силы.

— Увидишь ее, — с усилием проговорил волк. — Передай, что…

— Сам передашь. Она еще вернется и вылечит тебя.

Раад мог поклясться, что видел, как глаза волка блеснули от странного чувства. И отвернулся, потому что в груди у него самого горел тот же огонь. А потом заорал, мгновенно становясь самим собой:

— Хасссс!! Все, кто лишний, убрались с дороги, остальные со мной!

Говорят, дома даже стены помогают. Едва только портальный артефакт перенес их в сторожевой замок, Гайдиар почувствовал себя лучше, и даже смог сидеть на носилках. А уж судя по тому, как он бодро раздавал направо и налево приказы, понятно было, пошел на поправку.

Видя это, Раад вздохнул свободнее. Потому что он все равно считал безопасность земель по ту сторону от сторожевого замка своей задачей. Вроде, повелителем быть перестал, а привычка нести ответственность осталась.

А дальше, спасибо горному волку и его контрабандным артефактам, они почти мгновенно оказались на площадке перед пещерой Шаума в сердце гор. Белый наг жрец уже маячил в узком провале расселины. Окинул взглядом их всех, кивнул каким-то своим мыслям и подозвал Раада:

— Ты, заходи.

И добавил, обращаясь к остальным:

— А с вами, парни, поговорим чуть позже.

Внутрь шли, Раад слышал, как жрец бормочет:

— Семь и два. Всего девять, счастливое число. Шесть и один, разбивается на три двойки. Да плюс один. И еще…

— Что? — переспросил он.

— Ничего, это я так. Шансы подсчитываю.

За это время они добрались до зала, где было священное зеркало истины. Но на входе жрец вдруг остановился. Встал прямо перед ним и протянул руку, коснувшись солнечного сплетения. Раад не ожидал, ощутил странный толчок силы и отдернулся.

— Ты чувствуешь? — белый наг, подался вперед, сведя вместе кустистые брови и внимательно всматриваясь в его лицо. — Ее чувствуешь?

— Да, — ответил Раад, прикрывая грудь рукой, как будто хотел спрятать это сокровенное.

— Хорошо, — выдохнул жрец, прикрывая глаза. — Это хорошо.

И так и застыл изваянием. Раад сейчас не готов был выслушивать его загадки, но Шаум на этот раз снизошел до объяснений сам.

— Если ты ее чувствуешь, значит… — он замялся и сжал вместе руки. — Значит, у НЕГО не вышло. Это хорошо, что не вышло. Все еще есть шанс.