Потому, сойдя, протянул очки и на собой нагретое место велел садиться своему брату Михаилу — коннику по призванию и должности, командовавшим Лейб-гвардейским кирасирским полком. А мне продолжать путь с ним — поможет вопросы решать, да новому поучится.

Ориентируясь на Псковский тракт(ведь железную дорогу на Пыталово китайцы построили уже в Великую войну), допилили мы до древнего города без происшествий. Если не считать таковым легкое переохлаждение "на ветру" Великого Князя. А ведь просил же его перед вылетом шинелку одеть, а шпоры снять, но проделано оказалось с точностью до наоборот, хорошо ещё, что согласился застегнуть "по зимнему" мною выделенную запасную буденовку. Которые совместно с понятливым евреем-портным сотворил из обрезков, когда студенческую тужурку у него строил. Швейная память в армии каждому накрепко закладывается — подворотнички пришивая ежедневно, а если ещё в курсантские годы кому деловой старшина выпадет — то и умерев не забудешь портняжную науку. Такой именно достался мне, курсантов-залётчиков он загружал пошивкой из списанных шинелей, хлястиков на те же шинели и буденовок, предметов чаще всего разгельдяями(то есть нами же) теряемых. Так что ручки(как бы) помнили, тем более, что уже на пенсии баньку заведя, и её родимую "предохранителем" головы комплектовал. Новомодный головной убор, после облачения на голову авиа-пророка(т. е. мою) популярность в Риге набирать стал стремительно. Да теперь и не только в Риге, уже и с помощью Великого Князя, который удобный шлем снимать не захотел.

Более всего при подлёте желал кавалерист, по заведённой в их среде традиции, "стременную"(или "гостевую") — что бы по прибытии душу согреть. Но как стали на посадку заходить во Пскове на самую большую площадь — Торговую, как Руст на Красную, то узрели там в колоритной позе лежащие пару тел — еле успел нос у самолёта задрать и отправиться на "запасной аэродром". К счастью, расположенный рядышком — покрытую брусчаткой Городскую площадь. Винт ещё вращался, а к нам уже подбежали с хлебом-солью, да чаркой водки. Но Михаил Александрович зол был и объявил пьянству бой, от сугревательной отказавшись демонстративно, лишь булкой закусив. И тут же разобраться велел по поводу "отдыхающих" — на одном князь успел заметить форму и за оскорбление чести мундира спросить настраивался по полной. Сходу и разобрались — унтер стоявшего в городе Енисейского полка свояка встретил и на радостях они сил своих не рассчитали, за что лычками и поплатился, как и его полковой начальник предпенсионным покоем. А ведь совсем недавно и здесь Государь с братом своему предку памятник открывали, но тогда город казался совсем иным. Оказывается существует и иная — не увитая гирляндами цветов, а валящаяся в грязных лужах Россия. Но теперь пусть те кто расслабился знают — "с верху видно всё!" Наступила эра авиации! Открыть же глазки августейшим особам, как смогу расстараюсь — ведь не только же затем что бы родным своим жизнь облегчить оказался я в этой эпохе. Можно сказать что прибыл "от имени и по поручению" всего нашего полка, вернее тех кто в живых оставался. Изрядно мы на стариковских своих сходках под "наркомовские 100 грамм" глотки рвали, да мозговые штурмы устраивали, разбираясь когда с пути к коммунизму Советский Союз сбился. Ведь в партию все ещё на фронте вступили, и вовсе не ради карьеры — не спасёт партбилет когда твой аппарат луч прожектора захватит, а после приземления, только к расстрелу на месте определит. Там всё было просто и честно, тут — свои, там — чужие, а что потом стало — с огромными трудами совместно разобрались. Дрались ведь мы во Вторую Мировую на незаконченной Первой Мировой. Итогами которой, кроме отхвативших огромные репарации лондонских банкиров, никто доволен не остался. Читал, что и в 21-м веке Германия продолжает Англии "ущерб" возмещать, включающий даже упавшие с деревьев во время налётов Цеппелинов яблоки. А то что Родина наша малая "самостийность" получила, так радости с того как у дурачка от писанной торбы. Тут же "слуги народа" понеслись Свободу по другим Союзам да Блокам продавать. Зная прекрасно, что бесплатный сыр в мышеловках только и никто за нас кровь проливать не станет. Максимум — это позволят самим пушечным мясом стать.

И все эти "Союзы" — по сути разные формы все тех же Империй, только в последних вариантах, мразью временщиковой управляемые. Так зачем же тогда пролито столько своей и чужой крови, сначала отцами и дедами, а потом и нами, при завоевании "светлого будущего"? Развели, ведь и тогда так же мразь сладкоречивая имелась, доллары до фунты с марками отрабатывающая. И не в том суть, как государство строй у себя обзовёт, ведь и с Германией мы воевали национал-социалистической, а потом коммунистические Китай с Вьетнамом воевали. В неподалёку расположенном королевстве Швеция социализма поболе оказалось чем в "государстве рабочих и крестьян", в том собственными глазами убедились. Из Риги в Стокгольм паром "Русь" регулярно стал ходить и за 16 лат самая дешёвая экскурсия туда-обратно с ночёвкой на судне и автобусом с гидом по карману оказалась даже пенсионерам.

Хоть мы летели по небу, а Калеп ехал на машине и не по асфальту, но фора в целую ночь позволила ему не только горючку в срок доставить, но и встречу доблестным летунам(с В.К. Михаилом во главе) организовать, в месте, где до того только вороны летали. Обед с лучшими людьми города, "на скорую руку чем Бог послал" состоял из: (далее — абзац из "12 стульев"). Но помимо насыщения чрева, с местной элитой разъяснительную работу по теме "Все в Автодор!" провели. Ещё жуя, тут же принялись купцы скидываться по подписке на возведение в славном городе Пскове собственного аэродрома(и аэроклуба при нём) — не дело через спящую пьянь перескакивать при посадках. Не сбавляя темпа, предложил я богатеям и в авиастроение вложиться, доходность отрасли расписывая. Ведь пока планер склеить-сколотить возможно было хоть в велосипедной мастерской (московский "Дукс" пример тому), хоть в бондарно-тарной артели. Лесоматериала в округе хватало, да и мастеровые древоделы наличествовали, а что и как — пожалуйте в Ригу, где на "Моторе" все покажут, расскажут и с оформлением "в дочки" помогут. Ловите момент, пока САМ Директор Завода, совместно с Великим Князем в городе пребывал. Но САМ, прибалдевший от бессонной ночи, во время приема пищи лётным составом (то есть мной с Михаилом), заправлял наш аэроплан самым изнурительным способом — качая правой рукой помпу, а левой придерживая чайное ситичко. УЖЕ несколько авиаторов погибло от грязного бензина, а сколько смертей ещё впереди!

По воле Бога и стараниями Калепа, с нами ничего страшного не произошло — долетели благополучно, ещё засветло приземлившись в Гатчине. Попутно установив несколько рекордов, но на них не циклясь. А после ужина, прошедшего уже без спешки, получил я предложение, от которого отказаться уже не мог — обучить Великого Князя на летуна. С ним было всё не просто — отбил у своего адъютанта жену, и Наташа только-только сыночка любимому Мише подарила, получив тем самым моральное право выносить ему мозги истериками по собственной легализации. Но командование Лейб-гвардейским кирасирским полком, обязывало Михаила Александровича находиться в столице. А вот на морганический брак с Натальей Сергеевной Брасовой не обратил бы Государь внимание, случись это где-нибудь в глуши, но при занятии крайне важным для Империи делом. А что на текущий момент может быть важнее чем создание ВВС? И Псков ведь такая глушь! Хотя, 3–4 часа лёта — это много? В Гатчине уже нечто воздухоплавательное существовало, но воздушные шары к авиации отношение имели опосредованное и наработанную базу кинуть было совсем не жалко — сгодился бы из имеющегося оборудования разве что "колдун" на столбе. Тем не менее, прием нашему ANBO-II (и нам в придачу РАЗУМЕЕТСЯ!) оказан был благоприятный, летательному аппарату тут же "стойло" в ангаре нашлось, и взят он был на ответственное хранение, какой то штабс-капитан даже расписку исполнил о том. Далее, я становился личным гостем В.К. Михаила. После того как тот протелефонировал в гараж, доставлены мы оказались к нему на служебную квартиру в полку при штабе. Тащить в питерское основное своё жильё, где Наталья Сергеевна все порывалась модный в столице салон устроить, было неразумно — многое в наших с ним будущих беседах чужих ушей коснуться было не должно, тем более бабских и очень амбициозных. И потянулась вновь долгая череда вопросов ЧТО-ГДЕ-КОГДА? На которые я отвечать старался честно и не щадя чувств — для военного это оскорбление, только дезориентирующее и мешающее выработке правильного решения. Которое это будущее как раз и изменить способно, и его требовалось изыскать непременно, ибо перспектива быть расстрелянным через 8 лет только за то что Романов, Михаилу не улыбалась, да и брата-Колю, с семейством, было ему жалко. Значит следовало приниматься энергично менять ход истории, и начинать с того что самому авиатором становиться, кавалерию покинув.

Первый шаг к этому сделан уже был, ведь аэроплан стал его личной собственностью. Сразу после того как Великий Князь ещё во Пскове вручил Калепу в оплату банковский чек не торгуясь на 13, 5 тысяч рублей(таков был порядок цен в мире). Но если учесть, что Николай 2-й пожаловал в Риге нищим 16 тысяч "чтобы помнили", наши чуть более 100 % прибыли заработаны оказались честно. Для создания частного "Михайловского" аэроклуба уже имелось "учебное пособие", причем самолётный парк пополнять совсем не проблема, при ТАКИХ родственниках. Формально создавать ВВС с неизбежно раздутым бюрократическим штатом и мелочным контролем обнаглевшей после Манифеста 1905 года Думы, пока не требовалось — хватало у Романовых и частных средств. Только наследнику, Александр 3-й четыре "сэкономленных" ляма оставил, а тот их на филантропию растранжирил. Вот "кто был никем" — на кого деньги разошлись, его с чадами и домочадцами в Ипатьевском доме и кончали. Так что перенаправив финансовые потоки, не возникнет материальных проблем с созданием под модной ныне вывеской аэроклуба(закрытого типа), вполне приличной и ВЫСОКОТЕХНОЛОГИЧНОЙ частной военной компании(ЧВК). И (к примеру) не будет Государь от профсоюза железнодорожников зависеть, пожелай из Пскова в забузившую столицу попасть в феврале 1917 года. Уже на утро ушла в Ригу на "Мотор" телеграмма с заказом ещё дюжины аэропланов и запасных моторов к ним, даже на такие траты хватало карманных" денег "члена семьи", ещё Павлом установленных в 100 тысяч в год. К тому же, градоначальнику Пскова ушла "просьба" подискать подрядчика толкового, ради строительства в "Крестах" многоквартирного дома для авиаторов будущих, с перспективами возведения авиа-городка со всей инфроструктурой. А потом повез меня, командир испокон веков расквартированного в Гатчине лейб-гвардии Кирасирского полка Романов М.А. на "Волково поле", знакомить с командиром той части, что у него отжала для строительства аэродрома "Военное поле" перед Императорским дворцом. Начальником Офицерской Воздухоплавательной Школы, генерал-майором Кованько А.М. При его учебном заведении уже с 3-го мая сего года формировался Авиационный отдел. Состоявший их 6 офицеров, 2 классных чинов, 50 строевых нижних чинов и 19 не строевых. Офицеры в настоящее время проходили обучение во Франции, но в Гатчине учил летать русских французский не знавших, месье Дюфуар Эдмонд, по русски не говорящий. Он и аэроплан свой казне для этого продал. Всего же авиапарк насчитывал уже пару фарманов и райт один, а теперь и анбо(мой бывший). Вот при нем то меня инструктором определили. Как российскому подданому дозволив в военную службу поступить с чином вольноорпеделяющегося, прикомандированного от кирасиров, где присягу у меня приняли и на все виды довольствия поставили.

Ботфорты да лосины белые брать не стал, вместо понтов попросив в полковой швальне из брезента покрепче комбез справить — нарисовав портняжке понятливому эскиз, а от привычных "защитной гимнастёрочки" да сапог яловых с портянками не отказался. Палаш так же не доверили(что бы не порезался), но уставной Наган выдали, будто и не расставался с ним. В ТОЙ жизни не менял это оружие служа, а после "отделения" Латвии, мне сыны на днюху подарили, только улучшенный, с откидывающимся в сторону барабаном и проволочной пружинкой, на которую 6 патронов нацеплены уже. Надо бы в Сестрорецк напроситься, да рацуху кинуть — механизм простенький, а пригодиться на войне может. Не сразу револьвер полюбил, после училища просив ТТ, но дали то что нашлось, да пользоваться не пришлось, даже когда в Китае "приземлили". Уже на следующей войне, наш полк на одном аэродроме (под Псковом, кстати) вместе с истребителями базировался, и по нелётной погоде вздумало начальство "олимпиаду" провести по бегу и стрельбе из личного оружия. В беге мы ястребков одолели, а в пострелушках уступили позорно, вот тогда то меня и проняло — тренироваться начал усиленно, патронов для нас не жалели. Тогда и с будущей своей женой — Таней, на почве общих интересов сошлись. Её ещё на формировании в Иваново к нам оружейницей прислали, как спеца. До войны она в ОСААВИАХИМе стрелковую подготовку вела, а потом к партизанам забросили, но не на долго — ранили и к строевой не допустили. Но на фронт упросилась и спортивную форму не теряла, за компанию и меня прилично натаскав владеть личным оружием. Научив его любить всякое, без снобизма.

Тут и "Штандарт" подошёл, и монаршее семейство в Гатчину на лето перебралось, меня так же во дворец отозвав и столоваться с собой посадив. Не опозорился с "вилками для рыбы" только потому что в том же Иваново, с нами и французская эскадрилья формировалась — тогда и обучили специально(кстати совсем не сложно, а вот мама-баронесса от всех этих "барских штучек" уберегала — за меньшее на Колыму залетали). По прибытии, Государь меня здоровенными наручными часами премировал, швейцарскими между прочим, за то что катал и тому понравилось. Теперь я покатал сыночка его Алексея, но в основном обучал летать В.К. Михаила и ещё им отобранных троих кирасиров из своего полка(помельче да пошустрее). Кавалеристы и в ТОЙ истории первыми в авиацию ушли — полегче они и более безбашенные, при наличии соображалки. Так как опыт у меня имелся огромный, а желание работать было у всех, то дело шло без выходных от рассвета до заката, с перерывом только на обед — на вокзал ходили "кофе пить". Когда в августе с "настоящими Бреве" вернулись там "академии кончавшие", то мои курсанты их как детей малых сделали на показательных полётах. Да и аэропланов добавилось собственной выделки — в Питере открылся авиазавод "Щетинкин и Ко", представив разработанные инженером Геккелем и конструктором Эрдели аппараты: биплан "Россия — А" и моноплан "Россия — Б", дешевле зарубежных аналогов, но с их "болезнями". А к октябрю ожидался Фарман с Варшавского завода "Авиатик", да в Москве помянутый выше "Дукс" профиль сменил. К тому же и получивший Бреве пилот Лебедев надумал собственное производство зачинать, не упоминаю уже про родной "Мотор" и разумеется рижскую вагонку. У Российской Империи вырастали крылья и требовалось помочь процессу, прежде всего ускорив и унифицировав отечественные разработки. Государственная координация назрела!