— Джон Стэнфорд? — Гермиона задумалась, а я понял, что это всё-таки именно та, кого искал. — Да, кажется, припоминаю. Ты был одним из хулиганов.

Ох, какой у Гермионы был голос… Она говорила обвинительным тоном, словно прокурор со стажем. А вид? Грейнджер смотрела на меня коршуном. Брови нахмурены, тело напряжено, во взгляде опаска.

— Зато ты всегда была отличницей, умницей и красавицей. Жизнь идёт и почти ничего не меняется, разве что я больше не хулиганю, а взялся за ум. А ты, смотрю, стала ещё красивее. Слушай, я буквально вчера обнаружил восхитительное место, там варят просто волшебный кофе и подают сказочные пирожные. Как раз направлялся туда, чтобы отведать чашечку кофе. Быть может, согласишься составить компанию? Одному поглощать вкусные пирожные — совсем не то, что с приятной собеседницей.

— Извини, но вынуждена отказаться, — смерив меня высокомерным взглядом, ответила волшебница. — Меня ждут дома родители.

— Твои родители сегодня на работе, это всем известно, поскольку все в округе лечат у них зубы. Но если ты устала после поездки, то не буду отвлекать и прошу извинить за навязчивость.

— Ничего страшного, Джон, — с ухмылкой произнесла Грейнджер.

— Кстати, Гермиона, а разве поезд из Хогвартса не должен прибывать вечером?

— В связи с напряженной обстановкой нас отправили по домам через министерские кам… — на автомате стала отвечать девушка, и вдруг резко прервалась и удивленно воскликнула. — Что?! Откуда ты знаешь про Хогвартс?

— Ой, Гермиона, только не думай, что все вокруг тупые. Вроде столько лет прошло, должна была повзрослеть. Оглянись вокруг, что ты видишь?

— Улицу, дома, — ответила она.

— Вот! Дома, в которых живут люди. Они всё видят, а ещё очень любят сплетни. А когда в дом обычных стоматологов прилетают совы с привязанными к лапам письмами, а их дочка иногда мелькает в окнах то с котелком, то в остроконечной шляпе, даже последний тупица поймёт, что тут что-то не так. У нас в районе всем известно, что ты ведьма, в школе об этом сплетницы одно время много говорили. А уж мне-то твою ауру видно как на ладони.

— Аура — это антинаучно! — заявила Грейнджер. — Погоди, так ты что, тоже маг?

— Да.

— Но, почему тогда не учишься в Хогвартсе? — удивилась собеседница.

— Потому что меня вполне устраивает домашнее обучение. Школа магии хороша, если хочешь обзавестись знакомствами и обрасти связями, или же для тех, кому недоступны иные источники обучения. Кстати, ты случайно не преступница?

— Что?! Нет! — возмутилась девушка. — С чего ты так решил?

— Ну как же, только над твоим домом висят следящие чары, отслеживающие в радиусе сотни метров применение заклинаний. Мне приходится избегать мощных чар, чтобы не сработала твоя следилка. Ни один маг по доброй воле не потерпит за собой слежки. Я вначале, когда разглядел чары, думал, что тут живет волшебник-преступник, которому запретили использование магии и удаляться от дома больше чем на сто метров. Лишь потом вспомнил, что это твой дом.

— То есть, ты хочешь сказать, что можешь видеть магию? И что над моим домом висит следящее заклинание от министерства магии? — возмущенно спросила Гермиона. — Но разве можно видеть магию?

— Почему нет?

— Но как?! — в голосе Гермионы звучит неподдельное удивление.

— Есть разные способы. Первый — визуализация посредством артефакта, как правило, выполненного в виде очков. Обычно используется артефакторами. Второй способ — специальное заклинание, позволяющее видеть ауру и частично магические потоки и чары. Третий способ — специализированные зелья или алхимический порошок под названием Пыль Синликенна, которая позволяет даже неодаренному видеть ауры. Четвертый способ — ритуал.

— Но почему нас в Хогвартсе не учат такому?! — возмущению Гермионы, казалось, нет предела.

— Тебе лучше знать. Кто из нас учится в школе, а кто самоучка? — подпускаю в голос сарказм. — Кстати, приглашение на чашечку кофе всё ещё в силе.

— Знаешь, я, пожалуй, соглашусь, — задумавшись, произнесла девушка.

Несколько минут спустя в кафе.

После того, как нам подали кофе и пирожные, нашептываю и активирую над нашим столиком заклинание Купол тайн, которое позволят общаться в приватной обстановке, а все прочие будут видеть наши иллюзии, любующиеся друг другом.

— Это что ты сейчас сделал? — с горящими исследовательским энтузиазмом глазами спросила ведьма. — Это что, беспалочковая магия?

— Ага. Мне вообще беспалочковая магия больше нравится, но уж очень она затратная. Это Купол тайн, чтобы никто нас не слышал.

— Тут и правда чудесный кофе, — произнесла Гермиона, взяв себя в руки. — Скажи, Джон, а если колдовать более чем в сотне метров от дома, то министерство ничего не заметит?

— Смотря что и чем будешь колдовать.

— Ну вот, моей волшебной палочкой.

Гермиона из внутреннего кармана пальто достала волшебную палочку.

— Секундочку. Положи палочку на стол, я должен исследовать её.

Девушка положила волшебную палочку на стол, но ближе к себе, и держала руку поблизости, подозрительно косясь на меня.

— Х-м-м… Ужасно.

— Что? Что там? — спросила Грейнджер в нетерпении.

— Ну что я могу сказать, я бы такой палочкой не стал пользоваться. Во-первых, это не ручная работа, а заводская обработка древесины на станке, о чем говорят борозды от резца. Во-вторых, отсутствует ряд рун, присущих качественным концентраторам, которые в данном инструменте заменяет дешевое зелье, в котором вымочили древесину. Это уже приравнивает инструмент к разряду ширпотреба по цене сто фунтов за три штуки. Такая палочка будет как минимум на треть менее эффективной, чем индивидуальная. Единственное, что тут замечательное — сердцевина. Это было чем-то живым и магически сильным при жизни. Возможно, даже сильным магом или магическим животным. А вот дальше всё очень печально.