– Я могу ответить на него только так, как тебе не понравится.

– С чего ты взяла, что твой отказ мне не понравится?

И всё… у меня все слова исчезают. Это как тонкая игра, которую ведём мы оба, при этом я заранее в ней проиграла. Наиль ещё даёт мне лживое ощущение, что я могу повести в этом поединке, но это лишь фора, ничего кроме.

– Я замужем, ты в курсе? – выдаю контрольный, тут же начиная сожалеть о сказанном. Только по чуть более тесному контакту наших тел становится ясно, что мои слова достигли цели.

– В курсе, – кивает Наиль. А мне так не хочется сейчас, чтобы он просто взял и отошёл от меня, чтобы перестал трогать, хоть эти прикосновения и невинны.

– И?

– Что ты хочешь от меня услышать? Что мне посрать на то, что ты замужем? Это тебе до этого должно быть дело, разве не так?

В его глазах появляется тьма и начинают танцевать дьяволята.

– Мне есть до этого дело, – отвечаю, но как-то неуверенно.

Только теперь замечаю, что медляк закончился и мы стоим посреди дрыгающейся под быстрые биты толпы.

– Врёшь, – ухмыляется Наиль и, подавшись ко мне так, что наши губы едва не соприкасаются, выдыхает: – Иначе бы ты так на меня не смотрела.

Он уводит меня обратно к столику и… теряет интерес. Просто общается с остальными, не удостаивая меня даже взгляда. И я делаю то единственное, что кажется мне спасительным, – сначала изображаю точно такое же равнодушие, а после уезжаю, так и не дождавшись конца вечеринки.

– Юль, скажи… а Наиль… ты откуда его знаешь? – интересуюсь между делом, когда нарезаю на тонкие дольки грейпфрут для коктейля.

Мы с моей подругой собираемся провести вечер вдвоём. Мой муж уехал на какую-то важную встречу, сказав, чтобы не ждала и ложилась без него. И, впервые за всю нашу с ним совместную жизнь, я выдохнула с облегчением. Не то чтобы муж был мне неприятен, просто сейчас как-то по-особенному на него реагировала.

– Это приятель какой-то новый Пашкин. Не знаю, откуда он его надыбал. А что?

– Ничего. Просто мы немного пообщались.

– О, Коваленко… ты что, чужим мужиком заинтересовалась?

Юля понижает голос, как будто нас с ней могут застукать за неприличным занятием. Даже я инстинктивно оборачиваюсь, но одёргиваю себя. Ничего мы такого не делаем – просто обсуждаем интересного парня.

– В каком смысле чужим? У него есть девушка?

– Я не об этом. А вообще… я не в курсе. Но узнаю теперь точно.

– Эй, не надо! Ты что?

И хотя меня так и подмывает разузнать о Наиле всё, сейчас уж точно не стоит этого делать. Ещё не хватало, чтобы Юля бросилась расспрашивать Пашу и сдала меня с потрохами.

– Ну как не надо? Он тебе понравился же?

– Я замужем, Светлицкая!

– Это ты себе говори… и муженьку своему. Кстати, как у вас с ним? Арктика в постели ещё не образовалась?

Я морщу нос, хотя, вопрос подруги более чем обычный для наших встреч. Юля знает, что наш брак – это скорее договор. Да, в нём есть уважение, даже, наверное, тепло. Но любви нет ни на грамм.

– Ну, хватит. Сейчас речь не о нём.

– Вообще, Коваленко, довольно интересный выбор. Я о Наиле. Меня он, честно говоря, пугает. Этот взгляд его, брррр.

– А я наоборот, на взгляд и запала.

– Так всё же запала!

Юля наливает нам по щедрой порции мартини с тоником, бросает в каждый высокий стакан лёд и фрукты. Выглядит при этом так, будто у неё теперь есть доступ как минимум к государственной тайне. А у меня по телу мурашки толпами бегут. Наверное, я дура, раз до сих пор в памяти перебираю, как мы с Наилем танцевали, и что он мне говорил. Вроде бы ничего не значащее, запретное, даже несколько грязное – ну, или кажущееся мне таковым – но меня это будоражит до сих пор.

– Юль, нет. Не запала. – Я делаю большой глоток коктейля, он опьяняет сразу же. – Просто он довольно интересный.

– Так встретишься с ним, когда поедем на Монетку. Наиль тоже там будет.

– Оу, а я как раз думала дома остаться.

От слов подруги мгновенно вскипает кровь в венах. Вероятность снова увидеться с тем, кто настолько зацепил, порождает внутри предвкушение. Оно такое сладостное, что даже внизу живота начинает ныть.

– Шутишь? Теперь точно ехать нужно.

– Юль… блин…