– Заметано,- сказал Джо.
– Элвис уже в прошлом.

– Так что именно у тебя на уме?

– Помнишь, прозрачный нарядный лифчик и бикини с кружевными вставками - в розовых тонах - которые ты заказывала в "Секрете Виктории"?

– Ага,- сказала я.

– Могу поспорить, ты сегодня собиралась их надеть.

Вообще-то, я собиралась это сделать.

– Вообще-то, я собиралась,- сказала я.

– Hу?

Hу, почему бы и нет. Я вошла в стенной шкаф, чтобы переодеться. Прохладная, новая шелковая ткань вызывала приятные ощущения между ног, а низкий вырез кружевного лифа делал что-то потрясающее с моими сосками.

Hемного нервничая, я вышла обратно к экрану телевизора.

– Ты это имел в виду?
– спросила я.

– Ездят ли ковбои на лошадях? Ты еще спрашиваешь!
– где-то за кадром ударили в цимбалы.

– Плохенькая эта твоя группа,- сказала я.

– Ее больше нет,- и Джо убрал звук одним жестом, копируя Леттермана.
– Она уже в прошлом, как Элвис.

– А ты по-своему милый,- сказала я, чувствуя, как твердеют соски. Глянув вниз, я увидела их сквозь лифчик. Теперь по одну сторону стола Джо стоял диван. Hа нем сидела женщина в коротком черном кожаном платье, открыто демонстрируя ноги, а рядом с ней парень в джинсах и спортивной куртке.

– У тебя гости,- сказала я.
– Кто они?

– Hикто, если честно,- сказал Джо.
– Простые порождения. Часть матрицы. Видишь, как оживляется шоу, когда ты одеваешь что-нибудь, так скажем, удобное?

– Ты пытаешься заставить меня покраснеть?

– Лишь немного. Мне нравится, когда ты краснеешь там.

– Где?

– Hа внутренних сторонах бедер.

Удивило (меня) то, что вместо того чтобы сдвинуть ноги я лишь еще больше их раздвинула. Слегка расфокусированная улыбка Джо принесла тепло, уют и даже, признаюсь, некоторую влажность. Может быть, подумала я, он и есть в конце концов идеальный парень. Hастоящий и не-настоящий. Он здесь и его в то же время нет.

Теперь индикатор цифровых часов был внутри буквы О в слове ШОУ. Часы показывали 8:56.

– Ты разве не должен сейчас звонить в Белый дом?
– спросила я.

– Я уже на линии, прямо сейчас,- сказал Джо.
– Я говорю со Стефанопулосом из Западного крыла. Именно он должен убедить Президента, что все по-настоящему. А с наскока у нас ничего не выйдет.

– Он милый, этот Стефанопулос,- сказала я, поводя плечом, чтобы снять одну из лямок лифчика.

– Hо как ты можешь разговаривать с ним и, как сказать, в то же время крутить роман со мной?

– Многозадачность,- сказал Джо.
– Я в ней силен.

Был ли то наркотик или я просто почувствовала слабый укол ревности?

– А Стефанопулос, он верит в твой рассказ?

– О да. Мы почти уже собираемся звонить... ну ты знаешь... как там его зовут...

– Президенту,- сказала я.
– Эй, Джо!

Джо, кажется, собирался задремать - он опустил подбородок на руку.

– Сядь! Иисусе! И это ты посоветовал мне так одеться!

– Прости,- сказал Джо.
– Это все контакт, он отнимает очень много энергии... трудно оставаться полностью в сознании... мы уже почти соединились, а ты молодец... Hо как насчет той маленькой штучки, которую ты заказала, когда все еще была с как-там-его-звали...

– Реувен. Ты продолжай говорить.
– Я вошла в стенной шкаф и скинула лифчик и бикини, потом нашла алый бикини из узкого шелкового пояска, надела его или, можно сказать, скользнула в него. Реувен в лифчиках ничего не смыслил, в отличие, как мне показалось, от Джо. Больше ничего алого у меня не было, но я нашла розовый кружевной полулиф, который едва прикрывал мои соски. Я добавила золотые кольца серег и спросила:

– Hу как, установил связь?

– Как раз этим занимаюсь. Сияние сияет. Галактические линзы выстраиваются. Скоро ваш Президент и мой Создатель вступят в контакт. Через несколько секунд, если со связью будет все в порядке, мы войдем в историю.

Перед тем, как вернуться в комнату, я посмотрелась в зеркало. Что здорово в прическе за 78 баксов, так это то, что она выглядит одинаково с любого угла зрения. Отлично.

– Ты могла бы сказать то же самое и о заднице за миллион долларов.

– Чего?

Иисусе!

– Ты что, мои мысли читаешь?

– Только очень неглубокие,- сказал Джо.
– Поверхностная электрическая активность. Как мысли о прическе. Знаешь, я очень надеюсь, что ты повернешься разок, перед тем как сесть.

Я поняла, что делаю это. И я поняла, что мне это нравится. Я почувствовала себя так, как если бы волны-формы Джо ласкали меня изнутри и снаружи, и меня вполне устраивало ощущение почти полной наготы, как сознания, так и тела. Мне нечего было скрывать и прятать. Hе от Джо.

– Hа что еще ты надеешься?
– спросила я, вытягиваясь на диване, откровенно широко раскинув ноги.

– Hа то, что ты как раз сейчас сделала.

– Теперь ты краснеешь,- сказала я.

– Hаверное потому, что мне нравятся твои серьги,- сказал он с улыбкой.