Весёлая атмосфера, с которой играющие в этот фентезийный мир разумные убивали всевозможных животных, и которая по-началу меня тоже захлестнула, с течением времени сменилась угрюмостью. Ни яркие лучи слегка припекающего солнца, ни дарующий прохладу ветерок в тени покрытых мхом исполинских каменных валунов, не могли развеять неприятных мыслей. Я даже надумал отключиться от транслируемого с планеты Азура сигнала, как идущая мимо в бронелифчике девушка помахала мне рукой и прошла дальше.

— Это как это а? — только и смог выдавить я из себя.

Сев на траву, я мысленно обратился к интерфейсу киберсети, желая убедиться, что я все еще на корабле, а не на поверхности планеты. Интерфейс не подвел, развернувшись передо мной привычным набором системных окон. Отметив наличие нескольких непрочитанных в хронологах записей, я перешел в соответствующий раздел, где и нашел уведомление о моей регистрации в системе торсионных ретрансляторов Азуры.

— Выход, — скомандовал я, отчего-то испугавшись прочитанного.

Только оказавшись в тесной каюте корабля, меня слегка отпустило и я даже ругнулся на самого себя за необоснованно проявленную поспешность. Цифровой библиотеки на корабле капитана Вапу не было, и я некой ностальгией вспомнил станцию КЗ с её поистине бездонной, в плане хранящейся в ней информации, сетью. Впрочем, и в текущей ситуации имелся выход и я сделал запрос на удаленный доступ к инфо сети планеты Азура.

Подтвердив списание семи галокредитов за соединение и оплатив тридцатку за полчаса работы в сети, я перешел в виртуальность, откуда стал и формировать запросы и обрабатывать полученную информацию. За три часа, что я провел субъективно в сети планеты, я немного разобрался с тем, что творилось на её поверхности, а также собрал некоторые данные по сектору космоса, в котором сейчас находился.

Оказалось, что планета Азура, как и еще с десяток подобных планет, разбросанных по всей вселенной, являлась одной большой игровой площадкой. Разумные с окрестных цивилизаций слетались сюда, чтобы в реальности ощутить все то, что могли ранее испытать только в виртуальности. И если ощущения в виртуальности порой не уступали тем чувствам, что мог испытать индивид в реальной жизни, то вот сохранить достигнутые изменения в своем реальном теле, а не только в игровом аватаре, можно было только здесь.

Технораса, которая не скрывала принципов работы своих систем, таких как «Длань», «Перст» или «Купель», и здесь выложила в открытый доступ технологическое обоснование и спецификацию используемого оборудования. Впрочем, как и на станциях КЗ, повторить то, во что была превращена планета, было невозможно из-за технологической разницы в развитий между цивилизациями.

Вся Азура являлась одной большой «Дланью» и, умерев на поверхности планеты, разумный гарантированно возрождался в течение суток. Населяющие этот мир животные также возрождались при помощи технологии, очень похожей на «Купель», но называемой здесь «Погост». Наиболее очевидным её отличием являлась возрождение животных на определенной территории, а не в строго определенном месте.

Прочитав немного о игровой механике и принципах прокачки, я узнал, что смыслом убийства животных являлось развитие эфирного тела игроков. Для улучшения и ускорения игрового процесса, разумные устанавливали себе специальные программы по владению холодным и стрелковым оружием. Магии как таковой здесь не было, но усиливающий физические приемы Эфир, вполне можно было считать её адекватной заменой.

Удалось также разобраться и с моей регистрацией в сети торсионных ретрансляторов Азура. Вообще, чтобы попасть на планету, требовался пригласительный билет от технорасы. Каким образом его получали остальные разумные я не знал, мне же он достался в результате лотереи, которую периодически проводили среди тех, кто находился в четырехмерном пространстве транслируемого сигнала.

Оказалось, что такие каналы связи имеют многостороннюю направленность обмена данными. И, судя по сноске в дополнительном описании, из-за излишне сильно испытываемых мной эмоций в астральном теле, которое влияло и на эфирное и на ментальное тело, моя персона была признана желающей, более чем кто-либо еще, получить приглашение.

— Ну, отказываться не буду, — пробубнил я и подтвердил сохранение доступа, после того как на мою киберсеть пришел флаг-ключ к серверу Азуры.

Грузовые операции нашего корабля тем временем были завершены и, судя по вибрации, капитан «снимался» со стационарной орбиты пустынной планеты. По расписанию входа и выхода из гиперпространства все члены экипажа должны были находиться на боевых постах. Предвидя то, что скоро корабль начнет разгон, я заранее решил занять свое место в ложементе ремонтно-диагностического агрегата, которое хоть и не являлось боевым постом, но имело противо-перегрузочное ложе.

«— Заодно можно и профилактику очередного дрона начать, график восстановления боеспособности кластера никто не отменял», — вяло размышлял я.

Приняв горизонтальное положение и зайдя в виртуальность, я подключился к агрегату, который после после перепрошивки всех дронов также перешел в моё подчинение. Выделив часть ресурсов виртуальной среды на отслеживание телеметрии корабля и окружающего нас пространства, я перешел к текущим задачам по диагностике и ремонту дронов. Спустя минут десять, мое внимание привлек никак не могущий набрать требуемое от него ускорение маршевый двигатель.

«— Интересно, что случилось?» — переведя большую часть внимания на телеметрию машинного отделения, заинтересовался я.

Нахождение в виртуальности было удобно тем, что помимо варьирования параметром времени, можно было делать более наглядным процессы, происходящие в окружающем пространстве. Так, чтобы было легче отслеживать изменения, я подсветил фиолетовым цветом нагрузки, которые испытывал маршевый двигатель при наборе скорости.

Фиолетовые росчерки протянулись куда-то в стороны, явно свидетельствуя о том, что нагрузки испытывает не только двигательная установка, но и сам корабль. Изменив масштаб, я охватил взглядом весь корпус и с удивлением понял, что все несущие конструкции корпуса подвергаются одинаковому напряжению.