Из прицепившейся к фюзеляжу капсулы медленно вышло шесть фигур в штурмовой броне, две из которых тащили мощный заряд на антиматерии, который следовало для максимального эффекта заложить внутри ещё целого корабля — так щиты верфи точно не смогут подавить взрыв, снизив ущерб до приемлемого. Взрыв изнутри точно положит конец существованию и автоматизированной верфи, и самого недостроенного судна!

Перемещаясь по корпусу как по земле, диверсанты, кои были слишком малы для их обнаружения силами обороны (всё же врагов у Лазурита теперь хватало, так что сводную группу оснастили по последнему слову техники), весьма быстро нашли технический выход, начав крепить криогенные установки. Определив точки крепления и проморозив в этих местах корпус до абсолютного ноля, группа другим своим инструментом выломила десятисантиметровый люк, открыв проход к грузовому технологичному лифту, что скрывал узкий пятидесятиметровый тоннель. Такие коммуникации были весьма популярны лет сто назад, так что задача у диверсантов с виду была весьма простой.

Проникнув внутрь, они очень быстро оказались у шахты лифта, кабина которой стояла как раз в верхнем положении. Дальше уже дело техники — взломать давно устаревшую систему управления, всё ещё питавшуюся от резервных батарей (стандартная система на случай отказа основного источника энергии) и тут же мягкий спуск в глубины гигантского древнего корабля…

Должен был быть таким…

Не прошло и двадцати секунд, как жуткий скрежет сминаемой стали, не способный преодолеть безвоздушное пространство, действуя через ноги пробрал людей до костей! Тренированные бойцы даже дёрнуться не успели, как камера лифта были смята в стальной шар, и мгновенно исчезла во вспышке гиперперехода.

В то же мгновение смесь переломанных тел и стали появилась прямо внутри огромного дредноута, что час назад отправил эту группу на задание, чуть не придавив офицеров и солдат из первого сектора, а спустя пару секунд внутри этого кровавого ужаса детонировала и антиматериальная бомба, разорвавшая добрую половину десятикилометрового гиганта, находившегося за пределами звёздной системы.

Зеро нёс свою вахту на совесть!

— Всё равно было больно… Когда уже папа вернётся? — внутри целой части корабля «Богиня-Мать», сидела маленькая фигурка, собранная словно из разрозненных кусочков оборудования. Верхняя её часть, с волосами их пучков проводов уткнулась хромированным лбом в колени-трубы, как и последние полтора месяца почти беззвучно грустя. Над крохотной девочкой, собранной из разномастного мусора стоял и Зеро, мягко погладив свою подопечную по голове. Он не мог говорить на этом языке, но спустя столько времени легко понимал её чувства и интонации даже без перевода. Оба они до сих пор ждали возвращения Азраила…

* * *

— Итак, вы всё же решили согласиться на наше предложение? — приторно-лживая улыбка озарила пухловатое лицо местного функционера политического истеблишмента. Превратившиеся из элиты в обслуживающий персонал чиновники часто представляли собой весьма продажных, имеющих мало общего с понятием честного человека, приспособленцев, так что ничего лучше Азраил и не планировал увидеть. Но даже так вид этого мужчины с поросячьими глазками вгонял его в уныние, граничившее с омерзением. Казалось-бы, несовместимые понятия, однако хозяин кабинета легко вызвал оба их одновременно.

— Вы убили моего отца! — театральное представление «страх и трепет» удавалось ему легко благодаря Меге, так что даже сказанные в гневе слова выглядели сейчас весьма жалко. Гостя из соседней страны теперь воспринимали не иначе как слабого труса, чего и добивался лорд разрушения своим отыгрышем.

– Мы сделали вас главой семьи! Смерть Араави Кшунта всего лишь недоразумение, вызванное его недальновидностью. Не думаете же вы, что захват какого-то паршивого банка является нашей целью?! Ха-ха, это даже не смешно, — тут же рассмеялся хозяин шикарного кабинета, сидевший за столешницей из чёрного ореха. Антикварная вещ!

— Да зачем вам вообще тогда этот Лазурит? Ради чего… я здесь сижу? Или наши дети оторваны от родных из-за ваших угроз ради вот такого дешёвого пафоса?! Я наступил на горло собственной гордости для таких вот смехуёчков? Хотите убить меня – убейте, но избавьте от этой клоунады! – теперь уже весьма грозно воскликнул Азраил, вставая с кресла. Всё же южане всегда были импульсивными гордецами, а потому нельзя было гнуть только одну линию. Точнее попытавшись встать, но мгновенно возникшее силовое поле тотчас придавило его обратно.

– Смехуёчки… слов-то какое интересное, – свинообразный увалень грузно поднялся на ноги, по дуге обойдя свой рабочий стол, — Нет, что вы, уважаемый Фариет, всё куда серьёзнее чем вы думаете. Мир на пороге новых изменений, где больше не будет этих унизительных каст и древней крови, — последнее мужчина выплюнул с выражением омерзения на лице, словно речь шла о какой-то жути.

– Группировка Лазурит, что к слову ещё недавно была пиратской бандой бесправных преступников, стоит на пути этих изменений! Не в военном смысле и даже не экономическом, что было бы смешно, а скорей в стратегическом. Создав базу внутри навигационной аномалии, эти ублюдки получили в своё распоряжение весьма важный опорный пункт, которого они недостойны! Зато достойны другие! И вы нам поможете добраться до этих нелюдей, хотите вы того или нет, – склонившись над придавленным Фариетом-Азраилом, мужчина мерзко улыбнулся, после чего из пола неподалёку начала подниматься скрытая платформа.

Сперва выглядевший как овальный столбик, платформа уже на половине сменилась полостью, где за прозрачными стёклами в луже почти чёрной крови барахталось нечто. Кусок плоти, обладавший по-видимому короткими щупальцами, больше всего походил на сердце человека, вот только обычные органы так себя не ведут.

– Глупцы-романтики, знаете ли, обычно любят повторять что сердцу не прикажешь, – заговорил вновь политик, двинувшись к жуткому куску плоти. – И они правы, по сути, орган этот весьма своевольный. Нормальный человек вряд ли сумеет остановить своё сердце усилием мысли. Но вот само значение органа жутко недооценивают, а зря! – взяв неожиданно оживший кусок плоти, что начал тут же сучить удлинившимися щупальцами и разевать не пойми откуда взявшиеся рты-присоски с одной из сторон, свинообразный ублюдок двинулся обратно к Фариету.