— То есть, зря съездил? — спросил я, незаметно посмотрев на часы. Время шло, а ничего путного узнать пока не удалось. — Так ничего и не выяснил?

— Ну, не совсем так. Просто в очередной раз убедился, что дискуссия может быть завершена какими-то совсем другими способами.

— Да? Это какими же?

— А вот такими. Уже в кафе на заключительном банкете, к нашему столику подошел один из тех людей, кого я хорошо лично знал. Он, кстати, был неофициальным представителем биотехнологического центра «Эксгрегум». Незаметно для окружающих мой знакомый спросил, серьезно ли интересуюсь проблемой. Я ответил что да, и в подтверждение, привел свое краткое мнение по данному вопросу. Мой собеседник кивнул, и вручил красивенькую глянцевую книжечку с хорошими иллюстрациями и качественной печатью. На словах добавил, что информации очень много, она идет из разных источников, авторы, цитируя друг друга, зачастую теряют смыслы и вносят много лишнего. А тут — самое новое, очищенные выжимки. Это был превосходно изданный малотиражный дайджест по редактированию генома человека. Причем данные по состоянию на текущий год, вот что самое удивительное.

— Погоди, ты что-то мне не договариваешь, — как в дешевом детективе утвердительно проворчал я, очень надеясь, что этот простенький прием сработает. — Что-то, о чем надо бы сказать для полного понимания ситуации.

— Сейчас договорю. Напоследок решил, в качестве так сказать заключения оставить. Фирма эта, как ты уже наверно догадался, напрямую в Холдинг не входит, но определенным образом с ним взаимодействует. Неофициально, разумеется. А я, в качестве консультанта, не раз имел дело с их руководителями, один из которых исчез. Вот именно он-то и передал мне дайджест о биотехнологиях на том питерском симпозиуме по евгенике, где-то дня за два до своего, так сказать, исчезновения.

— Мне рассказывали, что он куда-то в отпуск уехал.

— Да, уехал. Ездит до сих пор. Но знаешь, почему-то упорно думается, что никогда уже не вернется. Тебя же наняли его искать, если ничего не путаю? Правильно, да?

— Все верно. Откуда знаешь?

— Я тебя умоляю. Не принижай мои ограниченные возможности, — хихикнул Алексей. Он всегда грустно шутил по поводу своей инвалидности. — Но вообще, еще в ту славную пору, когда на первом курсе медицинского учился и на своих ногах ходил, сидел как-то в очереди в нашей поликлинике. Заходят менты, парня в наручниках ведут. Причем лицо у парня такое… умное, приятное что ли, может, интеллигентное, не знаю, да еще и кроссовки как у меня. Мы с ним переглянулись, кивнул ему. Сил мол, тебе, приятель. А еще подумалось тогда, что столько мрази вокруг ходит, а менты таких хороших людей вяжут. Чуть позже выяснил, что получил тот парень пожизненное, а в прежние годы спокойно схлопотал бы расстрел, если б не отменили его при добром дедушке Ельцине. Зарабатывал парень тем, что под видом хозяйственной помощи втирался в доверие к старикам и старухам, убивал их, а потом обворовывал. С тех пор первому мнению не верю уже никогда. Ты тоже не верь, не советую. Поэтому хотел совет тебе дать. Дружеский и бесплатный. Откажись от этого дела. Под любым благовидным предлогом откажись. Есть там что-то очень мерзкое, гадкое и такое опасное, что даже я не подозреваю. Вот, честно, пока не догадываюсь даже.

Похоже, именно ради этого немудрящего совета Алексей и пригласил меня. Тут я вдруг подумал, что сейчас, в этой последней своей фразе, Алексей мне врет. Все он прекрасно знает, только вот не может сказать. Почему?

Дальнейший разговор пошел как-то ни о чем, мои вялые намеки на выяснение подробностей развода со Стеллой решительно пресекались, темы оказались исчерпаны, я поблагодарил за гостеприимство и отправился в прихожую. Алексей, шумя своими сервомоторами, последовал за мной, на правах хозяина проводить до двери. Уже у самого выхода он вдруг остановил меня рукой и сказал:

— Погоди. Знаешь притчу? — Как-то раз к Конфуцию пришла очень образованная по тем временам дама и задала такой вопрос: «Скажи, учитель, почему, если женщина имеет много любовников, то ее подвергают общественному порицанию, а когда у мужчины много женщин, то это возвышает его общественный статус и прибавляет авторитета?» Прежде чем ответить Конфуций молча заварил чай и разлил его в шесть чашек. «Смотри, — сказал он после этого, — когда один чайник льет заварку в шесть чашек, это нормально?» «Да», — ответила женщина. «Вот видишь, — усмехнувшись, сказал Конфуций, — а когда в одну чашку сливают сразу шесть чайников, то это не просто ненормально, а противно, противоестественно и странно».

— Это ты к чему? — спросил я, отлично зная ответ.

— К тому самому. — Алексей на несколько секунд задумался, но все-таки продолжил: — По поводу моего развода. Ты же в ближайшем будущем к ней пойдешь? Вот ее и спросишь. Да, чуть не забыл, передай ключи от ее квартиры, мне они теперь точно не нужны… Ладно, позвони, когда интересная инфа появится. А пока возьми вот, на досуге почитай, — с этими словами Алексей протянул мне вместе со связкой ключей книжку в мягкой глянцевой обложке. — Тот самый дайджест с петербургского сборища. Я уже изучил, а тебе понадобится. Да, ты чего-то утомленно выглядишь. Уставшие люди, как правило, более честны, потому что силы у них на пределе. Поэтому лучше тактично держи рот на замке, а то мало ли что-нибудь лишнее ляпнешь. Запомни, пригодится. Ну, бывай.

* * *

— Вот молодец, — с нехорошей улыбочкой похвалила Мама-Рая после того, как проделав все необходимые для возвращения эволюции, я опять зашел в ее кабинет. — У тебя еще пятнадцать минут оплаченного времени осталось. Может, воспользуешься?

— Маловато будет, — пошутил я, — вот ключ, торжественно возвращаю.

— Можешь доплатить. Пригласим ту девочку, посидите в кафетерии, послушаете музыку. Потом она массажик сделает. Зря отказываешься, ручки у нее золотые, да и сама девочка просто прелесть. К нам не так просто попасть, заранее записываются, а ты уже тут.

— Спасибо, конечно, за лестное предложение, но мне действительно некогда. Как-нибудь в другой раз.

— Время не переносится и не сохраняется, — заученно изрекла Мама-Рая. Вероятно, подобные желания частенько возникали у клиентов. — Неиспользованные часы сгорают, так что никаких претензий на эту тему не принимается.

— Даже не думал. Ну, я пошел.

— И тебе спасибо, — снова во весь рот улыбнулась хозяйка борделя. — Приходи еще!