Синтия пожала плечами. Она не хотела думать о Лэкленде. Даже поведение девочек там не могло испортить ее настроение.

— Если я не приду на ужин, никто даже не будет искать.

— Преимущество вспыльчивой репутации? — спросил он.

— Именно, — она удивилась, что он понял это. — Это очень полезно, — и она часто была в плохом настроении. Она была такой два года с тех пор, как ее магия раскрылась.

Стало видно Ласточкину ферму, по которой били порывы ветра. Они добрались до двери кухни, и Джек спешился, чтобы помочь Синтии спуститься. Его прикосновение было скромным, но она осознавала жар его тела в дюймах от нее.

Она была высокой, но Джек был выше, и у него были хорошие плечи. Она быстро отпрянула, не желая дольше думать о его теле.

— Моя мама будет ждать на кухне, — сказал Джек. — Она думает, что у тебя должен быть талант ведьмы очага.

Синтия не знала, радоваться или оскорбляться, ведь магия очага была магией простолюдинов. Но полезной.

— Надеюсь, она права. Я бы хотела согреться в аббатстве, — как Тори, которая учила магию очага с талантливыми в этом Нерегулярами.

— Я позабочусь о лошадях, — сказал Джек с улыбкой. — Увидимся позже.

Думая о юноше с улыбкой, что была такой же теплой, как магия очага, Синтия подхватила юбки и прошла на кухню. Джек Рейнфорд был простолюдином, даже верил, что все были созданы равными. Но Синтия вспоминала скандальные истории о великих леди, которые держали при себе личных слуг с низким происхождением, но хорошей внешностью.

Лили Рейнфорд была на кухне. Поразительно — леди дома пила чай с поварихой! Но это выглядело так уютно.

Лили встала, тепло улыбаясь.

— Доброе утро, леди Синтия. Не хотите ли чашку чаю и имбирное печенье только из печи? Это согреет после пути, а я в это время объясню магию очага.

— Это было бы мило, миссис Рейнфорд, — Синтия сняла шляпку и плащ, повесила их у двери. На этой кухне не было слуги, забирающего вещи.

Так почему тут она ощущала себя уютнее, чем где-либо в жизни?

Синтия устроилась в мягком кресле у камина с чаем и вкусным печеньем, и Лили Рейнфорд сказала:

— Ты, наверное, многое узнала в Лабиринте, так что прости, если я повторю то, что ты уже знаешь.

— Прошу, начните с основ, — Синтия не хотела говорить, что не замечала уроки магии очага, потому что считала себя выше этого. Но ей надоел холод. — Я хочу знать все.

— Магия очага — самая древняя и основная магия, — объясняла Лили. — Она влияет на температуру и связана со стихиями вокруг нас. Вода, огонь, воздух. Эти силы помогали нашим предкам выжить.

Она указала на камин. Огонь поднялся на ярд. Щелчок пальцев, и огонь стал шаром света. Синтия затаила дыхание от восторга.

Отпустив огонь, Лили продолжила:

— Традиционно магия очага — сила женщин, хотя у многих магов есть немного таланта. Он идет из глубокой части души, а не от других магических способностей, — она замешкалась. — Быстрее всего научить тебя будет, если ты впустишь меня в свой разум.

Синтия напряглась.

— И вы прочтете мои мысли? Ну уж нет!

— Не так, — успокаивала ее Лили. — Сила читать мысли очень редкая, у меня ее нет. Для этого мне нужна лишь твоя ладонь. Ты почувствуешь немного моего присутствия. И я направлю тебя в твоей магии очага. Когда ты поймешь путь, то сможешь призывать силу, когда надо. Хоть практика, конечно, поможет.

— Хорошо, — Синтия насторожилась, но Лили вызывала доверие. Она протянула руку.

Женщина нежно обхватила ее ладонь.

— Закрой глаза и расслабься, — тихо сказала она, ее разум был теплом, что медленно проникало в Синтию. — Разные люди по-разному видят свою силу. Прими то, что предлагает твой разум.

Синтия кивнула, расслабилась от слов и силы женщины.

— Вниз, вниз, вниз, — бормотала Лили. — Иди к глубинам своей силы.

Синтия закрыла глаза и будто проваливалась в перину кровати. И она была не одна. Лили не мешалась, просто была рядом, как мама Синтии, когда та была маленькой.

Она ощущала странную двойственность. Часть ее понимала, что она сидела у камина и держалась за руку в настоящем мире. Но в ее разуме они погружались в загадочную сферу магической силы.

Они миновали темные места, которые она не хотела разглядывать, но были и вены света. Она узнала поток силы погоды, пока Лили вела ее на глубину.

Все ниже, пока они не добрались до темной комнаты. В центре плясал огонь, манил теплом. Голос Лили прозвучал издалека:

— Дотянись до своей силы. Она тебе не навредит.

Синтия робко послушалась, протянула руку к огню. Даже когда она осторожно коснулась пламени, огонь не обжигал. Приятное тепло наполнило ее тело, согревая места, что замерзли так давно, что она о них забыла. Радостно смеясь, она погрузила обе ладони в волшебный огонь.