– Я знаю, что ты здесь, – снимая шарф, продолжил я. – Не вздумай трогать мой виски!

Стоило духу любви появиться в моем доме, и запасы в баре нещадно исчезали. Амур испытывал слабость к алкоголю, а, опьянев, становился до жути болтливым.

– Раскричался. – Купидон вылетел из глубины квартиры. Люди представляли таких, как он, розовощекими младенцами, только это было совсем не так. На вид – ребенок лет шести с рюкзаком за спиной, который был полон магических стрел. На этом детский образ заканчивался. Адонис имел моду ругаться, а голос был басовитый и хриплый, как у сорокалетнего мужчины.

– Тебе здесь не место, – грубо процедил я, зная, за чем именно явился дух.

Нос Адониса сиял красным, и он не переставая шмыгал. Стоило купидону подлететь ближе, как цветочный аромат усилился, вызвав приступ тошноты.

– Чёрт. Свали подальше. – Пришлось прикрыть нос рукавом куртки. – С каждым годом всё тяжелее выносить эту вонь! – Ранее запах купидона не вызывал такое чувство отторжения, но постепенно аромат становился всё приторнее, пока не приобрёл лёгкий запах гнили – подобно тому, который появляется от испорченных фруктов, только в несколько раз сильнее.

– Тц, – раздражённо выдал я, проскочив в ванную.

– У меня для тебя сюрприз, – вслед проговорил Адонис. Судя по причмокивающему звуку, который он издавал, дух цедил очередную порцию алкоголя из бара.

– Обойдусь, – бросил я, плеская в лицо прохладную воду. Температура тела неминуемо стала повышаться, так всегда происходило накануне четырнадцатого февраля и продолжалось чуть больше недели.

– А я не спрашивал твоего разрешения, – купидон звучно икнул и полетел за новой бутылкой. – Грядущий великий праздник я проведу с тобой, – крикнул Адонис со второго этажа.

– Что? – яростно крикнул я. – И зачем?

– Как зачем? Одиночество должно закончиться, сколько тебе уже лет?

– Продолжишь в таком духе, и одним купидоном в мире станет меньше. Лети, влюбляй людишек в друг друга, это вроде твоя работа, – не воспринял всерьёз слова этого духа-алкаша. Даже если он и правда планирует вывести меня из себя, то за неделю придумаю, как от него избавиться.

– Людишки мне наскучили, а вот устроить судьбу валента – это весьма заманчиво. Там, – неопределенно показал Адонис вверх, – в небесной канцелярии, за это начислят очки.

– С такой страстью к алкоголю они тебе ни к чему, – рассудил я, плюхаясь в кожаное кресло. Где это было видано, чтобы купидон постоянно пил? У духов были разные пристрастия, но, видимо, Адонис обладал самым пагубным из них.

– Ты это слышишь? – встрепенулся я, губы сложились в кривую улыбку. Скрежет замка подтверждал догадку. – У меня новые соседи?

Слух валентов был гораздо лучше, чем у человека. При желании можно было проходить сквозь стены, только требовалось сосредоточиться и приложить немало силы, и самое главное преимущество – это передвигать предметы одной лишь силой мысли. Раньше это называлось колдовством, но теперь людишки называли подобное телекинезом.

– Выкупил бы давно весь дом и не беспокоился, –предложил дух.

– Думал об этом, – насмешливо отозвался я, притягивая к себе бокал и подавая купидону, чтобы тот поделился горячительным напитком. – Но так, как есть, намного веселее…

Дух лишь покачал головой, не разделяя моего энтузиазма.

9 февраля

Юджин

Начались празднования. Многие свободные валенты предпочитали проводить февраль в развлечениях. После четырнадцатого февраля вечеринки станут ещё помпезнее, я уже подумывал над тем, куда на этот раз отправиться в путешествие.

Сон нарушило тихое напевание весёлого мотивчика. Потом послышался характерный скрежет замка. Я бы спал дальше, но громкое бряцанье – видимо, уроненных на кафель ключей – подействовало так, словно мне на голову водрузили колокол и ударили по нему. Когда сосредотачиваешься на определённом шуме, хороший слух мог сыграть с валентом плохую шутку.

– Кто-нибудь, прокляните этого человека. – Я поднялся с кровати и спустился в одних пижамных штанах на первый этаж. Всё это время скрежет не умолкал.

Подойдя к двери, провернул внутреннюю щеколду и открыл.

«Бум», – и нечто рухнуло на пол, мои ноги засыпало землей. Мои пальцы утопали в грязи. Теперь мне хотелось проклясть строителей дома, которые расположили входные двери обеих квартир слишком близко друг к другу.

– Вольграм! – нечто женского пола наклонилось, пытаясь сгрести землю у растения, чей горшок недавно приземлился на каменный пол. – Осторожнее надо! Мой цветок! – девушка продолжила кудахтать над никчёмным растением.