Но Врег не отошёл от Ревика, как и сама Элли. Он нависал над ним, как взбешённый пёс, с нескрываемой яростью сверля гневным взглядом видящего в синем халате.

— Какого хера вы с ним сделали? — прорычал он с явной угрозой в голосе.

— Мы защитили себя, брат, — видящий поднял хмурый взгляд, и в его словах звучали озадаченные нотки. — Едва ли ты можешь винить нас за это.

Врег, похоже, едва осознал его слова, а то и вообще их не слышал.

— Где другой? Тот, кто только что стоял тут?

— Кто, брат Врег?

— Менлим, гандон ты этакий! Бл*дь, я видел его… так же явно, как вижу тебя! Это был не Барьерный трюк! Он был там! Я почувствовал его!

Джон ощутил, как вся кровь отлила от его лица. Взглянув на Ниилу, он увидел, что она тоже побледнела. Она не отрывала взгляда от Ревика.

Синеглазый видящий посмотрел на Врега, нахмурившись.

— Мы ни в коем разе не намеревались навредить ему. Нам больно вредить нашему самому возлюбленному посреднику. Так больно, что ты даже представить себе не можешь…

Он говорил так тихо, как будто сам с собой. Подняв взгляд, он повторил свои слова уже твёрже, обращаясь к группе.

— Мы ни в коем разе не намеревались вредить ему, братья и сестры. По правде говоря, мы думали, что если кто и нападёт на нас, это будет его супруга. Учитывая, как она защищала его в Пекине… даже когда они предположительно разошлись.

Его голос всё ещё звучал обеспокоенно, с тревогой и сожалением.

— Конечно, мы ожидали, что шок от встречи с нашей истинной формой будет велик. Если бы был какой-то способ предупредить его, не насторожив, мы бы это сделали. Хотите верьте, хотите нет, но так мы думали мягко познакомить его с этой идеей. Но, как и всегда, братья и сестры, времени мало… и мы допускаем ошибки.

Последнее, казалось, адресовалось Врегу.

Всё ещё опираясь на руки и колени возле Ниилы, Джон попытался уложить в голове, что он только что услышал, что он видел прямо сейчас. Он уловил отсылку к Джервиксу, версианцу, которого Элли убила в Пекине. Они подстроили всё так, чтобы Элли попыталась убить и Менлима тоже? Это Элли должна была сейчас извиваться от боли на полу, а не Ревик?

Когда Джон подумал об этом, видящий в халате вздохнул, щёлкнув языком.

— Ах, что ж, — сказал он более ласково. — Полагаю, теперь это всё не относится к делу. Наш отец признался мне, что он отринул всякую надежду вернуть своего возлюбленного племянника к нашим взглядам… разве что после некоторого времени и работы по избавлению его разума от беспрестанного промывания мозгов, которому он подвергался последние годы, — видящий перевёл взгляд этих холодных синих глаз на Элли. — Он безнадёжно развращён… но мы будем молиться, чтобы так оставалось недолго.

Эти синие, твёрдые как стекло глаза, не отрывались от Элли.

— …Однако наш отец надеялся, что осталось больше места для компромисса. Что мы хотя бы сможем вести диалог.

— Бл*дские боги на облаках! — рявкнул Врег. — Вы показали ему живой образ его покойного опекуна… включая его чёртов aleimi… показали мужчину, который мёртв уже целое столетие, который едва не убил его, пытал его, годами пудрил ему мозг! Вы только и делали, что играли с нами с тех самых пор, как мы ступили на эти земли. А теперь вы подсовываете Менлима как какого-то долбанутого чёртика из табакерки и удивляетесь, почему он пытается его убить?

Видящий поднял голову, переведя холодный взгляд на Врега.

— Ты обвиняешь нас в дурных намерениях? Ты привёл военные силы на эти земли, брат Врег, явную армию… а потом жалуешься, что встреча была недостаточно гостеприимной?

— Вы похитили наших людей!

— Мы позаимствовали их, да.

— Позаимствовали?

— Да, — видящий показал в сторону ряда видящих и Касс. — Они вольны уйти. На них ошейники, да… но вы не видите кандалов. Им предложили остаться с нами или уйти, по велению их самого сокровенного желания.

— Их самого сокровенного желания? — Элли подняла взгляд, не отходя от Ревика. — Они заманили нас сюда? Зачем устраивать это шоу? Почему не отпустить их до нашего приезда?

Видящий бросил на неё пренебрежительный взгляд, но Джон уловил там проблеск ненависти и куда более холодного света, чем он показывал всем остальным.

Те синие глаза переключились на Врега.

— Когда-то ты был верным, брат Врег, — в голосе видящего звучал отнюдь не деликатный упрёк. — Ты был верным слугой нашей расы. Возлюбленным. Доверенным. Тем, кто с готовностью погибнет в бою ради всеобщего блага. Когда это изменилось? Когда средства стали важнее целей в деле блага твоего народа…?

Врег уставился на него.

— Кто ты, чёрт подери, такой, чтобы задавать мне этот вопрос?

Его синие глаза потемнели, обводя взглядом лица: от Врега к Джорагу, от Джорага к Деклану и Рэдди. Джон осознал, что все четверо видящих сражались не только в последнем восстании под Салинсом и Ревиком, но и в первом, под началом Менлима.

Голос видящего зазвучал мягко.

— Почему вы пришли сюда, угрожая нам? Почему не послали сначала гонца, не спросили о наших намерениях? Мы вполне мирно пригласили вас сюда. Мы послали эмиссара.