* * *

«Леди Эбби ошибалась. Проблемы будут… много проблем… и все из-за нее!» — сердито подумал Паган. Ей нужно было просто стоять и говорить ему, что она хочет сделать. Вместо этого она пыталась сделать все сама. Торнианские самки никогда так не делали. Вот почему он так медленно отреагировал, когда его леди пододвинула стул к закрытому окну. Она встала на него, затем встала на цыпочки и потянулась к запирающему механизму, потому что даже на втором этаже Бертос держал окна запертыми. Паган едва успел схватить ее, когда она распахнула окна и покачнулась на стуле. Обхватив ее за талию, он повалил ее на пол.

— Никогда больше так не делайте!!! — закричал Паган, его сердце бешено колотилось, когда он осторожно опустил ее на пол. Богиня! Она могла упасть и разбиться насмерть.

— Я как раз открывала окно, Паган. Расслабься, — Эбби спокойно смотрела на него, даже не подразумевая, как близка была она к смерти. — Разве здесь уже не пахнет лучше?

Именно тогда Паган понял, что эта крошечная женщина действительно не считала себя хрупкой или слабой. Она не понимала, как сильно нуждается в защите, особенно в этом доме. Глядя на нее, он не увидел ни капли страха, только твердую решимость завершить начатое. Она считала себя равной мужчине и не собиралась поручать мужчине то, что, по ее мнению, могла сделать сама.

— Дело не в запахе, — произнес Паган сквозь стиснутые зубы. — А в вашей безопасности.

— Со мной все было в порядке. Тебе нужно больше мне доверять, Паган, — повернувшись лицом к комнате, она глубоко вздохнула. — И что мы со всем этим будем делать?

— Делать?

— Да… ничего из этого тут не останется, — Эбби подошла к кровати с балдахином, задрапированной черной с серебром материей. Протянув руку, она потянула за кусок ткани, но та упрямо не поддавалась. — Паган? Не могли бы вы? — спросила она, поворачиваясь, умоляя взглядом.

Паган протянул руку и потянул материал вниз.

— Можно посмотреть? — пробормотала она, прежде чем взглянуть на то, что открылось ее взору. Она знала, что это было дерево, но какое? Она понятия не имела, и хотя оно была черным, на нем была красивая патина (прим. плёнка или налёт на меди и её сплавах). Почему оно было спрятано под таким отвратительным материалом?

— Он называется «галкано дабх», — пояснил Паган, и Эбби поняла, что озвучила свои мысли вслух. — Это был материал тех, кто когда-то правил Этрурией.

— Тогда почему он был спрятан?

— Он вышел из моды у лордов Этрурии много веков назад. Мне рассказывали, что большая его часть уничтожена. Я никогда не видел вещей времен Короля Варика.

— Короля Варика? — Эбби озадаченно посмотрела на него.

— Он был правителем Торниана, когда Богиня обратилась к нему за помощью.

— Это он спас ее?

— Он и его воины. Вот почему дом Берто когда-то был благословенным местом.

— И вы верите в то, — Эбби дотронулась до только что обнаруженного «галкано дабх». — что когда-то он мог принадлежать ему?

«Это было по меньшей мере тысячу лет назад», — подумала она.

— Я… конечно, нет, миледи. Я уверен, что ошибаюсь, — Паган прервал зрительный контакт с ней.

— Прекратите это немедленно, Паган! — воскликнула Эбби, чувствуя, что начинает злиться.

— Прекратить что, моя леди? — спросил он.

— Вы пытаетесь мне угодить. Но у вас есть собственное мнение. Расскажите мне. Ведь есть причина, по которой вы полагаете, что это изделие может быть со времен Короля Варика.

— Миледи, моя родословная… — он замолчал.

— Ну?..

— Мы всегда служили в Этрурии.

— Всегда? — Эбби потрясенно посмотрела на него. — Вы хотите сказать, что сможете проследить свою родословную до времен правления Короля Варика?

— И до этого, госпожа.

— А этот кусок? — спросила она, проводя пальцем по шелковистому дереву.

— Семейные легенды рассказывают, что такую кровать когда-то мог сделать один из моих предков. Он и его отпрыски когда-то были мастерами-столярами у королей Торниана.

Эбби подняла бровь, услышав гордость в голосе Пагана. Это было первая настоящая эмоция в его голосе, которую она от него услышала.

— Они не отправились с Королем, когда он стал Императором?

— Нет. Они остались здесь. Где им и место.

— Тогда почему же вы стали не столяром, Паган?

— Потому что ни одна женщина не соединилась бы столяром, независимо от того, мастер он или нет, миледи. Паган склонил перед ней голову, смущенный тем, что рассказал.

— Кажется, ваш манно должен был что-то сделать, раз вы здесь, Паган.