— И ты действительно думаешь, что он мне тоже понадобится? — прошептала Эбби.

— Да, хотя бы ради собственного спокойствия. Янир не сможет быть с тобой каждую минуту, Эбби. Я, конечно, надеюсь, что тебе никогда не придется использовать его, но ты должна… — взгляд Ким стал жестким, когда она вспомнила, что Лиза воспользовалась им не только, чтобы защитить себя, но и Ким и Дестини, — принять его. Неважно для чего. Просто это уничтожит Янира, если он потеряет тебя.

— А ты бы поехала? Даже с учетом рисков, — спросила Эбби.

— Да. Жизнь — это риск, Эбби. Выбери, как и с кем ты хочешь прожить ее, потому что у тебя может не быть другого шанса.

Дестини воспользовалась этим моментом, чтобы дать матери понять, что она проголодалась, и громко и сердито вскрикнула. Когда Ким собиралась сесть, чтобы накормить ее, дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвались охранники.

— Да бросьте уже! — Ким бросила на своих охранников раздраженный взгляд, пытаясь успокоить плачущую Дестини.

— Что случилось? Почему принцесса плачет? — потребовал ответа Джакуа.

— Она голодна. Правда, ребята, вы должны перестать так реагировать каждый раз, когда она начинает плакать.

— Голодна? — с сомнением переспросил Джакуа.

— Да, — рука Ким потянулась к шнуровке у нее на груди. — Вы действительно думаете, что Рэю понравится, если вы будете смотреть на то, как я кормлю нашу дочь?

Джакуа мгновенно покраснел, когда понял, что она имеет в виду, и обернулся.

— Вон! Все вышли отсюда!

Ким все еще посмеивалась, когда отстегнула одну часть своей рубашки, затем расположила Дестини так, чтобы та могла принять грудь матери. И плач немедленно прекратился.

— Вот так. Вот так, моя милая девочка, — проворковала Ким, уткнувшись носом в головку Дестини. — Тебе нравится заставлять этих самцов подпрыгивать, не так ли? — Ким подняла глаза и увидела, что Исида и Эбби улыбаются ей.

— У нее характер манно, — призналась Ким в них. — Она уже обвила его вокруг своего пальчика, не так ли, малышка? — Ким вздохнула, наклонившись, чтобы поцеловать указанный палец. — Я не удивлюсь, если Джакуа уже связывается с Рэйем прямо сейчас, сообщая ему, что Дестини заплакала, — Ким перевела взгляд на Исиду. — Иногда ваши мужчины напоминают мне маленьких мальчиков. Вы видели, как они прибежали, а потом отступили от смущения и растерянности? Я имею в виду действительно…

— Орион был таким же, — призналась Исида, улыбаясь воспоминаниям. — Он хлопотал над каждым из своих отпрысков, по крайней мере, наедине, — обе женщины обменялись понимающей улыбкой, и Эбби поняла, что хочет быть частью этого.

— Итак, — взгляд Ким вернулся к Эбби. — Колись!

— В смысле?

— О прошлой ночи.

— Я… — Эбби не знала, что сказать, и посмотрела на Исиду, мать Янира, которая смотрела на нее так же пристально и с явным интересом.

— Торнианские мужчины отличаются от земных, — сказала Ким.

— Это ты мне лучше расскажи, — прошептала Эбби и покраснела.

— Сераи учат их очень хорошо, — кивнула Исида.

— В некоторых вещах они абсолютно бесполезны, — пробормотала Эбби.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Исида, смущенно глядя на нее.

— Ну, я не могу утверждать, что оральный секс потрясающий, — вспыхнула Эбби, глядя на Исиду, которая только кивнула. И Эбби решила, что если мать Янира не смущена, почему должна смущаться она. — Но то, что вы освобождаетесь так быстро, вместо того, чтобы наслаждаться этим процессом, — это просто какая-то чушь собачья.

— Что? — смущенно посмотрела на нее Исида.

— Он не торопился? Ты освобождалась во время соединения? — спросила Ким.

— О да, — произнесла Эбби.

— Это возможно? — прошептала Исида.

— Конечно! — произнесли в унисон Эбби и Ким.

— Чего еще я не знаю? — потребовала Исида.

Глава 8

— Вы уже составили план восстановления Дома, лорд Янир? — спросил Рэй, усаживаясь за стол, с которого поспешно убрали посуду.

— Мы как раз обсуждали это, ваше величество, — ответил Янир, садясь напротив Императора.

Рэй пристально посмотрел на него.

— Я думал, что к этому времени вы уже закончили это.

— Были и другие вопросы, которые требовали моего внимания, ваше величество, — парировал Янир, не отводя взгляда от Императора. Он не будет извиняться или чувствовать себя виноватым за то, что поставил заботу об Эбби превыше всего. Особенно в ночь их соединения.

— Вернее было бы сказать, только один вопрос, — внезапно вмешался Зев, но тут же осекся, когда взгляды всех находившихся в комнате сфокусировались на нем.