И даже находим старую тропу, что когда-то выводила жителей погибшего селения к тракту. Видимо раньше тут поддерживали приличную гать, чтобы добираться кратким путем в Талму.

Я буквально падаю на сухую почву, прислоняясь к гладкому стволу огромной осины. Мужчина опускается рядом. Надо же, и варду требуется минутка на отдых, а мне казалось, что только я вымоталась и держусь на одном упрямстве. Хотя, будь Витар человеком, после таких ран, он ни только бы целый день в седле не провел, а просто бы не выжил.

— Буквально пару минут, вер, — я прикрываю глаза, чувствуя, что потратила слишком много сил. И бормочу, проваливаясь куда-то во тьму, — Знаю, что время уходит. Я сейчас…

Вард молча поднялся и я даже не пыталась сопротивляться, когда меня подняли на руки и усадили с седло впереди себя. Краем сознания отметила, что Витар поправил мой плат, закрывая лицо, укутал в плащ и разжал мои пальцы, что мертвой хваткой вцепились в арбалет — привычка, подаренная нелегкими неделями пути.

А еще был запах…Странно, после всех блужданий по болоту и бешеной скачки, пахло от оборотня хвоей и ещё почему-то морской солью. Как-будто я вновь была на берегу Галлийского залива, под сенью древних кедров.

Под яркими лучами светила волны приобрели цвет изумрудной зелени. Свежий ветер треплет непослушные волосы, что бесконечно выбиваются из косы. Отец сам правит баркасом, с улыбкою глядя на мой приоткрытый в восторге рот. Над заливом ловя потоки ветра кружит огромная тень Барейского орла, что прилетел поохотиться на крупную рыбу, которой изобилуют эти благодатные воды. Соленые брызги, запах моря и солнечный зайчик от маленького зеркальца, которым я балуюсь, запуская пятнышко света в лицо сильному и дорогому моему сердцу мужчине. Маркграф Неар Галлийский одет, как простой рыбак, разве что добротные сапоги и перевязь выдают в нем аристократа. Он смеется и грозит мне пальцем, наслаждаясь редкими минутами отдыха.

— Тари, ты ведь правда можешь предчувствовать шторм? — звучит неожиданный вопрос.

Я удивленно приподнимаю бровь. Отец единственный с кем я могу говорить о своем Даре не скрываясь, но мы делаем это редко, даже наедине боясь быть услышанными. Смотрю по сторонам. Да, действительно, глупо бояться, ведь мы вдвоем с ним в море. Кому тут подслушивать, разве что тому же орлу, но он вряд ли кому раскроет мою тайну.

Я пожимаю плечами.

— Не знаю, папа. Порой мне кажется, что я такая же, как все. Ничем не отличаюсь от той же Лины, но вдруг что-то происходит и мой мир меняется. Становится четче и понятнее. А ещё в нем больше красок и он ЖИВОЙ. Мне стоит лишь спросить и получаю ответы. А ещё этот язык…Я не понимаю откуда его знаю. Просто знаю и всё, — я задумчиво наклоняюсь к воде, опуская руку в теплую, словно ластящуюся к рукам волну. — Так и с бурями. Я их не чувствую, если они далеко, но стоит шторму собраться обрушиться на берег, когда я собирая ракушки, либо иду поплавать, как мне уже об этом известно. Будто кто-то предупреждает, ограждая от беды.

— Твоя кровь оберегает тебя, Тари. С годами она станет лишь сильнее, ты должна научиться ее слышать и управлять своим Даром, — отец вздыхает. — Прости, что тут я тебе не помощник, это наследие мне не передалось, да и последняя носительница крови в нашем роду погибла ещё юной, от рук Храмовников. Это случилось давно и ещё мой прадед считал, что мы избавились от этой «напасти». Но, знания мы хранили, чтобы успеть предупредить потомка и постараться спасти от гнева Храма, — его серые глаза смотрят на меня с тревогой и любовью. — Ты обязательно справишься, моя солнечная девочка!

Солнечная… Будто предчувствовал!

Сон-воспоминание отпускает постепенно, я все ещё чувствую как покачивает лодку и запах моря. Потом появляются звуки и я в испуге распахиваю глаза. О, Древняя, наверное мне все же не грозила опасность, иначе бы мне не удалось так долго проспать и ничего не слышать.

А посмотреть было на что. Мало того, что я мирно покачивалась в седле максимально удобно откинувшись на грудь вера Витара, так меня ещё и прижимали к себе весьма нежно. Я на миг опешила, ведь по большому счету никогда не была так близко с мужчиной. Ну отец, или наставники и партнеры по тренировкам не в счет. Но, это полбеды. Великий Отец, это ж как меня должно было контузить, что у нас уже была целая компания, а я не сном не духом?

Я дернулась и мой персональный оборотень тут же ослабил хватку, позволяя осмотреться вокруг. Ночь была в самом разгаре, луна во второй трети давала достаточно света, тем более мое зрение было лучше простого человеческого.

— Как вы себя чувствуете, Илия? — тихо поинтересовался Витар. — Вы, признаться, меня напугали.

Я прислушалась к своему телу. Похоже со мной уже все хорошо. Просто мне никогда ещё не приходилось так долго взаимодействовать со своим Даром. Это было тяжело, но прекрасно. Будто я сама растворялась в окружающем мире, подчиняя и перестраивая его под свои нужды…