– Да, конечно. Дерек, спасибо, что позаботился о ней, – произносит Мари ласково.

Вижу маленькое заплаканное личико с огромными грустными серыми глазами, в которых явно читается благодарность.

– Не нужно благодарить меня. Так бы каждый поступил, – отмахиваюсь, встряхивая головой, чтобы прогнать видение.

– Ладно, – слышу в голосе улыбку. – Увидимся завтра.

– Может быть, я работаю часов до восьми.

– Ох, ясно… – практически слышу, как мысли Мари кружатся в голове. – Ну пока, – прощается поспешно и с какой-то чересчур веселой интонацией.

– Пока, – отвечаю я, но в трубке уже слышатся короткие гудки.

Ну и что это было в конце? Что она задумала? Надеюсь не… О нет! Это невозможно. Я и Мия? Это ее так воодушевило? Бред. Этого точно не будет. Никогда! Максимум, что между нами будет, так это дружба. Это в принципе мой максимум.

Стою возле двери минут пять и не решаюсь войти. Молоко уже скоро остынет, а я все торможу. Черт. Здоровый мужик, а боюсь девчонки в три раза меньше себя. Не то чтобы прям боюсь, конечно. Просто… Не знаю что делать.

В последний раз я себя так беспомощно чувствовал, когда Мари болела ангиной, лет семь назад. Крис отправился за лекарствами, оставив меня приглядеть за ней. Я готов был душу продать, чтобы не видеть, как она мучается. Боль близких людей всегда хочется принять на себя.

Это я о Мари, не о Мие, конечно…

Вхожу в комнату и оставляю дверь открытой, чтобы не было так темно. Опускаюсь рядом с кроватью на корточки и смотрю на спящую девушку. А она милая. Словно фарфоровая куколка. Вздернутый носик и маленькие пухлые губки. Темные ресницы выделяются на фоне бледной кожи и светлых волос. Глаза закрыты, но я помню какого они цвета. Жидкое серебро.

Мия морщит нос под моим пристальным взглядом. Прихожу в себя, отклоняясь от девушки. Ну и что это было?

– Мия, – зову я тихо, боясь напугать. – Мия, нужно выпить лекарства, – осторожно провожу пальцами по ее лбу, убирая прилипшую прядь. Фиолетовый? Что за дуреха?

Мия распахивает глаза и, втягивая в себя слишком много воздуха, начинает кашлять.

– Прости, – отодвигаюсь от нее еще дальше, – я не хотел напугать тебя.

Успокаиваясь, Мия снова поднимает на меня взгляд, но уже без страха и паники.

– Нужно измерить температуру. И вот… – протягиваю стакан, – молоко, мед и сливочное масло. Помогает от боли в горле.

Ее глаза начинают блестеть от слез, и мне самому становиться немного больно. Но это какая-то приятная боль.

– Так, – креплю электронный градусник к ее лбу, – пей давай. Потом еще раз сироп и снова можешь спать.

Мия делает несколько глотков и улыбается, качая головой.

– Не думала, что после нашей драки, ты станешь так заботиться обо мне, – тихо произносит она.

– А я не думал, что ты знаешь столько слов, – усмехаюсь. – И чтобы ты знала, я профессиональный боксер, так что утренний инцидент нельзя назвать настоящей дракой.

– Я бы не стала называть себя профессионалом, после такого позорного проигрыша, – прячет улыбку в стакане, но ямочка на левой щеке выдает ее.

А Мия остра на словцо. Удивительно для девушки, которая… Обычно молчит.

– Так значит, ты говоришь, – этот факт никак не хочет укладываться в моих мыслях. Она говорит, но скрывает это. Зачем?

Мия сразу меняется в лице. Стискивает челюсть и сводит брови к переносице. Становится напряженной и серьезной. Она коротко кивает, смотря мне прямо в глаза.

– Почему тогда… – останавливаюсь. Да какого черта я творю? – Прости. Это не мое дело, верно? – снимаю градусник и забираю пустой стакан из ее рук. – Отлично. Температура почти спала, – смотрю на маленький горящий экран. – Теперь выпей сироп и ложись дальше спать. Завтра будет уже гораздо лучше.

Еще раз кивает, опуская глаза. Ну и что это? Только что была серьезной и уверенной, а теперь выглядит расстроенной и несчастной.

– Мия, – стараюсь подобрать правильные слова. – Я не осуждаю тебя. Это твоя жизнь. Никто не вправе указывать, как тебе ее жить, – встаю и направляюсь к выходу. Чувство беспокойства за эту маленькую девочку железной цепью охватывает горло. Оборачиваюсь, останавливаясь возле двери. – Если что, я дома. Будет что нужно, зови. Спокойной ночи.

– Спасибо, Дерек. Спокойной ночи, – нежный мягкий голос сейчас приправлен хрипотцой, но все равно отзывается эхом внутри меня. Странная девушка, странная реакция, странные чувства…