Юма в штате Аризона летом превращается в настоящее пекло, но зимой это достаточно приятный солнечный городок в пустыне, окруженный орошаемыми территориями ферм. Мотель, в котором мы остановились, не назывался «Холидей Инн», хотя вполне мог бы носить это название. Свое возвращение в старые добрые Соединенные Штаты Америки мы отметили несколькими бокалами мартини. Кларисса, возможно в последний раз, сбросила свой порядком износившийся вельветовый костюм; долгое путешествие подходило к концу, и некогда модный наряд безвозвратно утратил свое изящество. Она одела свое длинное мексиканское платье и затмила всех женщин в сверкающем хромом обеденном зале. Бифштексы оказались весьма неплохими.

— Что ж, это путешествие... помогло мне многое узнать, — наконец проговорила она, и щеки ее порозовели. — Наверное, мне следовало бы пожалеть этого беднягу Юлера, но я не могу. Видимо, я не слишком склонна прощать обиды. — Не дождавшись моей реакции, она бросила взгляд на дверь и продолжала: — Я позвонила из номера в «О’Херн, Инк». Они пришлют лимузин, который отвезет меня домой, в Скоттсдейл. Наверное, он уже ждет; я видела в холле человека, похожего на шофера, который нес мою сумку. Так что... пора нам проститься, Мэтт. Спасибо тебе за еще один обед.

— Я провожу тебя до машины, — сказал я и, поднявшись, помог ей выйти из-за стола. По дороге к двери я произнес: — Не стоит, Кларисса.

Она бросила на меня пристальный взгляд.

— Что ты имеешь в виду?

— О Юлере позаботятся. Всю его оставшуюся жизнь, пока ему не удастся-таки свести с ней счеты. А тебе не нужно заботиться обо мне.

Мы вышли в холл. Навстречу нам показался мужчина в униформе, с кепкой в руке.

— Миссис О’Херн? Машина ждет вас.

— Подождите еще немного. Я сейчас приду, — сказала она.

— Да, мэм.

Кларисса проводила его взглядом и вновь повернулась ко мне.

— Мэтт, я не понимаю, что ты пытаешься сказать.

— Брось, милая. Китайский парнишка с русским автоматом мог спокойно избавиться от Диаса, но он терпеливо ждал, пока красавчик-пилот, Краковски — тот самый, который играл твоими чувствами — выйдет из самолета и присоединится к генералу. Стало быть, задание этого молодого человека не ограничивалось одним Диасом. А потом твой раненный муж поднялся и попытался добраться до укрытия. Это заставило Эрнимана выглянуть (что впоследствии стоило ему жизни), чтобы прикончить его. Какое ему дело до Оскара О’Херна, если в контракте оговаривался только Эрнандо Диас? Вы, миссис О, и правда нелегко прощаете обиды.

Кларисса широко раскрытыми глазами уставилась на меня.

— Ты шутишь!

По холлу мимо нас проходили люди, но мы их не интересовали. За исключением разве что мужчин, бросающих восхищенные взгляды на очаровательную женщину в мексиканском платье.

— Мы так и не ответили на вопрос, откуда взялись все эти деньги, — сказал я. — Разумеется, ты не лгала, когда сказала мне, что и не думала покушаться на жизнь Диаса. Пока мишенью, единственной мишенью, считался Диас, ты оставалась вне подозрений.

Но развязка показала, что Эрниман работал не только на Солана-Руиса, собравшего для него деньги у своих американских друзей в Баха. Эрниману заплатил кто-то еще. Заплатил человек, располагающий настоящими деньгами, человек, достаточно влиятельный в финансовых кругах, чтобы узнать у скрытных банковских служащих номера некоторых частных счетов.

— Мэтт, пожалуйста, прекрати. Если это задумано, как прощальная шутка, то мне она не по душе.

— Упомянутый человек явно предложил Эрниману заработать гораздо более крупную сумму почти без дополнительных усилий — ему достаточно было прихватить с собой чуть больше патронов. За то, что управляясь с генералом Диасом, он поведет ствол автомата чуть дальше, на определенный счет в швейцарском банке будет переведена кругленькая сумма, скажем, в дополнение к тому, что он получит от Солана-Руиса. Не говоря уже о карманных деньгах, которые должны были воспрепятствовать некоторым американским оперативникам выйти на его след и значительно облегчить все задание.

Кларисса облизала губы.

— Это бред какой-то! Откуда мне вообще было знать, кто такой Эрниман и что он намерен сделать?

— Перестань, милая, не старайся понапрасну, — мягко промолвил я. — Разумеется, ты узнала об этом от брата. Ведь дело касалось и тебя. Роджер — Джек несомненно предупредил свою большую сестру, что ее муж связался с опасными заговорщиками, которым в свою очередь угрожает не менее опасный убийца. Тем самым он нарушил требования секретности, но чего не сделаешь ради сестры.

— Но ты сам себе противоречишь! Если он пошел ради меня на такое, неужели я решилась бы подстроить ему ловушку, отправить в тюрьму родного брата...

— Разумеется, решилась. Это представлялось единственным разумным решением. Если ты и в самом деле намеревалась нанять Эрнимана, чтобы он позаботился о твоем муже и красавчике Филе, тебе следовало помешать брату Джеку нарушить этот план. К тому же ты уверила себя, что делаешь это для его же блага. Нельзя было допустить, чтобы его убил этот опасный Эрниман. Ты рассчитала, что он спокойно проведет время в тюрьме, а впоследствии адвокатам фирмы не составит труда вызволить его оттуда. Увы, ты недостаточно хорошо знала своего брата и совсем не знала Эндрю Юлера. Это и привело к провалу плана. Но в остальном все получилось в точности, как задумано. Эрниман даже подставился под мою пулю, выполняя свое задание. Тем самым он сэкономил тебе деньги и избавил от неприятной неуверенности, не станет ли он всю оставшуюся жизнь шантажировать тебя этой историей. Хотя об этом ты могла и не беспокоиться. У Эрнимана не было обыкновения преследовать своих клиентов, он играл в открытую. Но такого как он специалиста найти далеко не просто. Теперь тебе пришлось бы довольствоваться тем, что попадется — тем более, что брат Джек уже ничего не подскажет — а эти парни выжмут из тебя все до последнего цента. Если им, конечно, удастся выполнить задание. Но это им не удастся.