Он звякнул в серебряный колокольчик и отдал распоряжения.

***

Восточные Врата — перевал, схваченный по обе стороны высокими пиками гор. Узкий, как бутылочное горлышко, и всегда затянутый облаками со стороны Лисса.

Айяаррские заставы по обе стороны, стража, и бесконечная вереница караванов, идущая туда и обратно, тянется по дороге гусеницей — все торопятся успеть до зимы. Потому что зимой, зачастую, на перевале выпадает снег, и метель заносит дорогу так, что обозы могут ждать по нескольку дней, когда ветер сменится на южный, принесет тепло и снег растает.

Кэтриона торопилась.

Выехала она на следующий день, с рассветом. Двое братьев Ордена проводили её до подъема на перевал, но дорога была оживленной и спокойной, и у подножья она их отпустила. А вот перед самой заставой арры на плече вдруг ожили, начали пульсировать горячей болью, и она обернулась.

Стадо тонкорунных овец бестолково толпилось позади, три погонщика в длинных шерстяных плащах и войлочных шляпах угрюмо ожидали, когда им разрешат проехать, а за ними — караван из пяти груженых мешками с пшеницей телег, легкая карета...

Псы...

Четверо. Только подъехали. Кэтриону они пока не видели, да и по её айяаррскому плащу едва поймешь, чья это серая спина впереди.

Впрочем, с ними она, пожалуй, справится. Хоть и с трудом. Но кто знает, может, за ними едут ещё двадцать? Так что лучше все же, чтобы они её не заметили.

И она пробралась чуть вперед, стараясь скрыться за завесой облаков, которые летели клочьями, временами набегая на толпу у заставы и укрывая всё серой пеленой. А затем, гонимые ветром, уносились прочь, обнажая мокрые камни, ручьи и зеленые подушки тут и там виднеющейся камнеломки.

Арры пульсировали всё сильнее, а значит, опасность была совсем близко.

— Простите, — она кого-то толкнула.

— Если миледи торопится, я могу пропустить её, — услышала голос слева.

Мужчина на хорошем коне, одет в чёрное. Высокий лоб, нос с горбинкой, длинные волосы на плечах. Улыбнулся, показывая рукой на дорогу впереди.

— Вы очень любезны, милорд, благодарю.

— К вашим услугам, миледи. Едете в Таршан?

— Да.

— А я в Зафарин, не думал, что так долго придется стоять здесь, — он махнул рукой на заставу.

— Да, если так будет и дальше — придется ночевать на перевале, — ответила Кэтриона.

— Бывали в Таршане раньше? — спросил незнакомец, приноравливая ход своей лошади к её.

— Нет, а вы?

— И я не бывал, но, говорят, красивый город. Я не представился, простите. Амо Сейд Виэйра. Из Гидэлина.

— Кэтриона, из Рокны. По каким делам в Зафарин? Торговля?

— Да... шёлк. В Зафарине лучший шёлк, подумываю расширить отцово наследие.

Они вели разговор вежливости ничем не обязанных друг другу людей, пока не подъехали к заставе.

Дорога сужалась, и псы отстали, а пространство между ними и Кэтрионой заполонили бестолковые овцы. Но арры продолжали пульсировать.

Надо быстрее проехать заставу, а потом гнать коня. Да вот отделаться ещё от этого торговца.

Амо Сейд Виэйра...

Что-то неуловимо-знакомое промелькнуло в его имени. Или в облике?

Просто не был он похож на торговца. Вот совсем никак. Скорее уж на пирата. Такому бы командовать быстрой шхуной с двумя десятками головорезов в платках, торговать жемчугом, играть в карты...

И было что-то смутное знакомое в этом всём, что-то...

Айяарр на заставе махнул ей рукой — подъезжай.

Она спрыгнула с лошади и отошла с ним в сторону, показала печать Ордена, чтобы никто не видел.

Да никто и не видел, очередное облако опустилось сверху и окутало их пеленой, да такой густой, что не разглядеть пальцев вытянутой руки.

— Проезжай, — айяарр кивнул и тут же отошел.

Она медлить не стала. Попутчик ей ни к чему, нужно уехать быстрее.

Амо Сейд Виэйра...

Мысль засела в голове. Кэтриона обернулась — облако поглотило всех: и овец, и заставу, и псов, которые были где-то там, и этого торговца. У неё есть немного форы, надо успеть.

Таршан уже близко.

Она ехала быстро, но осторожно, скользкие камни были повсюду, и когда облако осталось далеко позади, а дорогу разбавила рыжая глина, пустила лошадь рысью.

Что же ведет этих псов? Как они берут её след? А главное, зачем? Неужели она настолько задела самолюбие Гайры и Драдда, что они последовали за ней даже сюда, в айяаррские земли? Ну это уже вряд ли…