Большинство учащихся, однако, первыми разрядами лицей не балуют. Кроме одной девочки — кореянки из восьмого класса, играющей в большой теннис на том же уровне, на котором я плаваю.

У меня есть больше, чем первый разряд — если по плаванию, и по боксу — посмотрим, что выполню на области.

Сергеевич, кстати, к грядущим соревнованиям какую-то разрядную книжку с указанием первого разряда мне уже оформил.

Оказывается, я три раза в год плаваю за лицей на городском чемпионате и кубке средних учебных заведений по плаванию. Сто метров, вольный стиль, я традиционный фаворит по понятным причинам. Проплыву и в этом году, если не расстанемся.

Филин выходит на середину зала, поднимает правую руку и просит тишины. Секунд через пятнадцать шум в зале стихает.

Вообще-то, на его месте хотел и должен был быть я. Но меня «задвинули» прямым голосованием, поддержав Филина. Сам он мне сказал по этому поводу: «Не переживай, я справлюсь. Если можно не опасаться последствий, я с удовольствием попробую точно сформулировать всё, что накипело».

В левой руке Филина — радиомикрофон, подключенный к внутренней трансляции спортивного зала.

— Минуточку внимания! — говорит Филин в микрофон для проверки громкости. — Стас, убавь громкость, а то стены вибрируют. Раз-раз-раз-раз-раз…

Кто-то из их класса убавляет громкость и Филин в стиле профессионального конферансье продолжает:

— Приветствую всех учащихся старших классов лицея ОЛИМП! Наш собственный видеоканал СТАНЬ ЧЕМПИОНОМ приветствует вас!

— Ва-а-а-а!!!.. — взрывается зал поднятыми руками.

— Давайте сразу установим правила нашей встречи! — продолжает Филин. — Правил всего два. Первое: все молчим. Говорит только тот, кому я дам слово. Если кто не понял, те, кто рядом, пожалуйста, дайте ему по рёбрам с двух сторон!

Это оговорено с каждым пришедшим в зал, иначе получается неуправляемая толпа. Пара человек не удерживается и звучат смешки, которые тут же прекращаются после глухих шлепков, как по песку.

— Второе правило! Каждый, кому я даю слово, говорит не более минуты!

— Принимается! — раздаётся чей-то одинокий голос из зала, но тут же звучат ещё два глухих шлепка, и все начинают улыбаться.

— Не увлекайтесь, — подмигивает залу Филин.

Его, как и всё происходящее, с четырёх разных точек снимают наши девочки, Юля вместе с тремя лучшими подругами. Наше собрание в спортзале проходит в прямом эфире, а у Юли и её подруг — самое большое количество подписчиков в соцсетях, по несколько тысяч у каждой.

Когда я советовался с Юлей как сделать наш видеоканал максимально известным, Юля только хмыкнула:

— Стесев, ты ж вроде в психологии шаришь?

— Не настолько, чтоб понять, что ты задумала, — с опаской смотрю на Юлю, слегка наклонившую голову и глядящую на меня, как на ребёнка.

— Стесев, если шестнадцати или семнадцатилетняя девочка с хорошими внешними данными, — Юля кивает подбородком в направлении своей груди, — регулярно постит свои фото из бассейнов, в купальниках…

Юля делает паузу, продолжая глядеть на меня, как на первоклассника.

— Поддерживает все сетевые хайпы о сексе, если у неё есть несколько тысяч подписчиков, — продолжает Юля, — то привлечь внимание к своему прямому эфиру ей не сложно. Особенно если у неё есть такие же подруги.

— А у нас и подруги есть? — начинаю понимать, что она имеет в виду.

— А то… кто-то же должен фотать тебя во всех этих выгодных ракурсах, особенно в прозрачных рубашках на фоне окна… Не мужики же…

— Эм-м-м, наверное, я не в тренде, — развожу руками. Теперь всё кристально ясно, но до этого разговора мне всё это и в голову приходило. — А потом что?

— А потом, если у тебя действительно получится поднять острые темы, интересные нашему возрасту, этот прямой эфир и в записи посмотрят ещё несколько тысяч человек. Особенно если к раскрутке подключимся все, включая выпускные классы. И все кинем ссылки по всем контактным листам.

— Мы собрались тут, чтобы поговорить о том, что считаем действительно важным! — Вещает Филин, запрыгнувший на физкультурного «козла» и сидящий на нём верхом.

Все расселись по скамейкам, стоящим вдоль стен. Кому не хватило места, сидят на коленях товарищей. Потому Филин с высоты «козла» возвышается над всем залом.

— Прежде всего, нам хотелось бы понять, кем мы хотим быть! — продолжает Филин. — Юля, кем хочешь быть ты?

— Я? — Юля удивлённо отстраняется от телефона, которым снимает Филина, но при этом попадает в фокус с трёх других точек съёмки. Мы договаривались, что всё будет естественно и будет много экспромтов. Потому Юля быстро справляется со своим удивлением и твёрдо отвечает:

— Хочу своё модельное агентство. Аккредитованное на… м-м-м… Вот пусть это будет пока тайной, боюсь сглазить. Но по телевизору вы меня должны видеть чаще, чем показы новостей.