Шлюха потянулась за чем-то в своей сумке.

— Маттео! — крикнул я, вытаскивая пистолет.

Его глаза распахнулись, на лице отразилась смесь раздражения и замешательства, прежде чем он понял, что она держит в руке. Он потянулся за ножом, и она подняла шприц, чтобы ударить.

Я нажал на курок, и пуля прошла прямо через ее голову, отбросив ее назад. Она упала на бок, шприц вывалился из ее ладони.

Маттео уставился на девушку с ножом в руке и стояком, все еще выставленным напоказ. Я подошел к нему и показал обожженную кожу на ее бедре.

— Мне бы очень хотелось, чтобы она довела меня до оргазма, прежде чем пытаться меня убить. — пробормотал он.

Я выпрямился, затем поморщился.

— Почему бы тебе не подтянуть штаны? Больше нет причин, выставлять своё барахло напоказ.

Он подтянул штаны к ногам и застегнул ремень, затем посмотрел на меня.

— Спасибо, что спас мою задницу. — он ухмыльнулся мне. — По крайней мере, у тебя был счастливый конец до того, как она попыталось покончить с тобой навсегда?

Я отрицательно покачал головой.

— Братва почти добралась до нас. Мы оба вели себя как гребаные дураки, позволяя этим тупым шлюхам водить нас за члены, как похотливых подростков.

— Мы похотливые подростки. — пошутил Маттео, убирая нож в чехол.

Я посмотрел на мертвую девушку.

— Другая шлюха тоже мертва? — спросил Маттео.

Я молча кивнул.

— Сломал ей шею.

— Твои первые две девушки. — сказал он с намеком на осторожность, его глаза изучали мое лицо, ища Бог знает что. —Чувствуешь себя виноватым?

Я смотрел на кровь, запятнавшую бетон, и на безжизненные глаза девушки. Гнев был преобладающей эмоцией в моем теле. Злость на себя за то, что я был легкой мишенью, за то, что думал, что красивая девушка не представляет угрозы. И жгучая ярость на братву за попытку убить меня и еще хуже, Маттео.

— Нет. — ответил я. — Единственное, о чем я сожалею, так это, что убил их прежде, чем они успели ответить на несколько вопросов. Теперь нам придется выследить несколько ублюдков братвы и получить от них информацию.

Маттео взял шприц, и я напрягся опасаясь, что он может случайно капнуть часть яда на свою коже. Я не сомневался, что то, что там было, приведет к мучительной смерти.

— Нам нужно выяснить, что внутри.

— Во-первых, нам нужно избавиться от двух тел до того, как их найдут гости или полиция. — я поднес телефон к уху и позвонил Чезаре. — Ты нужен мне в сфере. Быстро.

— Хорошо. Дай мне десять минут. — сказал Чезаре так, словно я его разбудил.

Чезаре был больше моим человеком, чем солдатом отца, и я доверял ему держать рот на замке, когда это требовалось.

— Отцу это не понравится. — сказал я.

Маттео с любопытством посмотрел на меня.

— Что мы попали в ловушку или что братва пыталась нас убить?

— Первое и, возможно, второе.

— Я начинаю уставать от людей, пытающихся убить нас. — пробормотал Маттео, на этот раз серьезно.

Я сделал глубокий вдох.

— Так оно и есть. Так будет всегда. Мы не можем доверять никому, кроме друг друга.

Маттео покачал головой.

— Посмотри на отца. Он никому не доверяет. Даже Нине.

Он поступил правильно, не доверяя своей жене, учитывая то, как он с ней обращается. Браки в нашем мире редко приводили к доверию, а тем более к любви.

ГЛАВА 3

ЛУКА, 20 ЛЕТ

Как только мы вошли в лифт, до нас донеслись звуки музыки и смеха.

— Похоже, эта вечеринка стоит нашего времени. — сказал Маттео, глядя на свое отражение в дверях.

За исключением наших общих черт лица, мы не были похожи.

Я по-прежнему был копией своего отца, те же холодные серые глаза, те же черные волосы, но я никогда не носил их так отвратительно зачесанными назад, как он.

— Это было бы плюсом, но главная причина, по которой мы здесь — это связи.

Квартира принадлежала сенатору Паркеру, который уехал по делам с женой. Его сын, Майкл, воспользовался случаем, чтобы устроить вечеринку, пригласив почти всех, кто имел значение в Нью-Йорке.

Майкл ждал у открытой двери, когда мы с Маттео вошли в коридор. Это был первый раз, когда я увидел Паркера младшего без костюма, так как он пытался пойти по стопам своего отца. Он помахал нам с кривой улыбкой, уже пьяный.