Марина, помахивая факелом, возбуждённо говорит:

– Я чуть не описалась, когда эта сила в тебя вселилась. Невероятная мощь!

– Это да.

– Но, что это?

– Прости, Морена, не могу рассказать.

Она с горящим взором посмотрела.

– О-о! Так тут целая тайна мира?

– Именно.

– Божечки, я на седьмом небе. Как же замечательно!

Рассмеявшись, я привлёк и поцеловал в голову.

– А что будешь с перстнем делать? – полюбопытствовала она и, глядя, как я натянул артефакт на средний палец правой руки, добавляет: – Кажется там кто-то есть.

– Да, буду налаживать общение, когда придём.

– Но сначала со мной его наладь, ага?

Мы рассмеялись.

– Обязательно. Так, аккуратней…– я подхватил под руку и помог пройти по бревну через овраг. – Будем налаживать самыми действенными методами.

– Хи-хи, уже хочу.

Путь назад выдался долгим и изнуряющим, поэтому любовные утехи мы решили отложить на утро. Благо, хоть сил хватило на умывание. Сонная служка, что примчалась чем-нибудь подсобить, получила отказ и радостно пошла обратно спать.

Прижавшись ко мне и положив сверху руку и ногу, Марина быстро уснула. Моё тело тоже просит отдыха, сознание плывёт, а на все проблемы и заботы хочется махнуть рукой. Но звериное магическое чутье со звонким шлепком дало оплеуху. Я вздрогнул и открыл глаза. Сонно заворчала Марина.

Перстень разогрелся и мерцает. Я поднёс его к глазам, вгляделся в алую глубину кристалла – там появилась горящая точка.

Вдруг она резко увеличилась и воплотившись в призрака набросилась. Мир вспыхнул искажёнными цветами.

Не успев осознать куда попал, я исторг из себя яростную струю воздуха, как если бы из парового чана вырвался пар. Тварь, замогильно вереща, отлетела. Бросилась вновь, и тут уж я оформил атаку в привычный жгут и со всей яростью стегнул по призрачной фигуре. Женщину в истлевшем наряде переломило надвое, но не убило. Словно старая пыльная занавеска, тварь отлетела по гравийной почве на шагов тридцать.

По небу несётся сплошная пелена серо-красных облаков, земля испускает лёгкое голубое свечение, а рельеф скрывается за цепкими клубами тумана, что иногда рвётся и раскрывает холмистое нутро.

Горка тряпичной плоти стала подниматься. Это не призрак в понимании тех, с кем мне приходилось драться. Это дух-страж перстня, причём древний и злой. Не такой хороший, как в часах.

– Тхы-ы…– раздался хриплый, теряющийся голос, – умхё-о-ошь… тхы-ы… буеш-шь… мхаи-и-м… кхабо-о-ом…

– Представься, тварь! – рявкнул я и заставил свою ауру полыхнуть.

– Хя-а! – хрипло и с лёгким клёкотом издал дух. – Хя-а-а!

– Я сказал представься!!!

Над головой твари возник вихрь. Я начал понемногу снижать его.

Бесплотная гадина сверхбыстро метнулась ко мне и вцепилась в горло. Я не успел даже в вихрь перестать вкачивать ману.

– Ах-кхр-р… ты ж сука!..– сумел выдавить я.

Ярость ослепила сознание. Я сам схватил тонкое горло женщины-духа. В руки направил всё желание жить, побеждать и убивать. Дух истошно заверещал, мир стал растворяться и мы снова очутились в спальне.

Страж перстня стал извиваться и переключился на борьбу с моими руками.

Зарычав я подскочил с кровати и прижал ветхую фигуру женщины к стенке. Надавил ещё.

– Сдавайся тварь! – прошипел я. – Ну!

На полупрозрачном лице ненависть сменилась страхом. Женщина-дух перестала сопротивляться и посмотрела с мольбой. Я отпустил.

Тут же сзади послышался хриплый стон, а потом и вскрик.

– Игорь, что это за тварь?!

– Страж перстня.

– Давай её убьём, – вскочила она с кровати и цепко взяла за плечо.

– Успеем, погоди, – отозвался я и прокашлялся. – Сейчас послушаем, что скажет?

– Сми-и-хлуйс-с-ся Хося-а-ин… я буту служи-и-ить тебе-е…

– Как тебя зовут? – грубо спросил я.

– У мья-а не-е-ет… имени…

– Как звали твоего первого хозяина?

– Фар-у-ух… Фару-у-х…

– Тогда я буду звать тебя Фарух-трэлл. Запомни это имя. Теперь оно твоё.

– Спаси-и-ибо Хозяи-и-ин.

Я обернулся к Марине и приобнял. Затем велел духу вернуться в кольцо и уже после этого мы зажгли масляный фонарь.

– О-о! – удивлённо протянула девушка. – У тебя всё лицо в крови.

– Видимо от того, что она меня душила.