На дворе стоял октябрь. Температура опустилась еще, и теперь погода больше не напоминала парилку. Ближе к утру так вообще, с непривычки можно было озябнуть. Небо до сих пор было закрыто дымкой, но в атмосфере явно происходили какие-то дела. Время от времени случались сухие грозы. И если такая гроза происходила недалеко от Зарянки, вскоре на все поверхности ложился тонкий слой пыли, по дисперсности похожий на цемент. Александр решил, что это статическое электричество разряжается в атмосфере из-за большого количества пыли в ней.

Но налетали и грозы, причем такие, которых в докатастрофические времена и не бывало. Горизонт темнел так, будто надвигалась ночь. Фронт его ежесекундно озаряли десятки разрядов. В такую погоду всегда прятались в погреб, резонно опасаясь попасть под разряд молнии. Воздух после такой грозы еще долго держал запах озона. Природа стерилизовала всеми доступными способами последствия исчезнувшей цивилизации.

К огромному удовольствию и облегчению местами зазеленела земля. В основном там, где находились разломы. Видимо, горячий воздух не опустился так глубоко, чтобы сжечь семена в толще земли, а кипяток просто не попал. Туда, куда можно было дотянуться, спустились на веревках, чтобы собрать дерн с проросшей травой. Каким удовольствием было созерцать нежный стебелек какого-то деревца. Его выкопали с большим комом земли и пересадили рядом с теремом, в центре городища.

Жизнь пробивалась отовсюду и порой в самых неожиданных местах. Во время вылазки в поселок заметили, что в районе погребов в земле стали появляться многочисленные отверстия. А вскоре попались виновники, оставляющие их. Это были дождевые черви, пережившие катастрофу в погребах. Так же оттуда повылезала мелкая мошкара, оккупировавшая вокруг поселка все лужи.

При отсутствии конкуренции и подходящем питании любой вид мгновенно становился доминирующим. Александр напугал всех, что наступает эра насекомых, для которых условия кажутся благоприятными.

– И в этой борьбе мы можем им проиграть, - подытожил он свою мысль.

– И как же? Они вырастут большими и съедят нас.

– Нет, просто они не оставят нам возможности заняться сельским хозяйством. Будут съедать все на корню, или губить уже созревший урожай.

– Ваше благородие, а что если мы сами начнем разводить насекомых, как домашний скот?

– Гордей, не фантазируй. Я мошкару есть не буду, - предупредила его Забава.

– А чего сразу мошкару, а червей дождевых? Это же, как макароны с мясом. Макароны по-флотски, - Гордей изобразил, как он засасывает макаронину.

– У-у-у, - скривилась Забава, - без меня.

– Гордей прав, - поддержал его Александр Сергеич.
– Куда деваться, витамины и белок нам нужны. Часть из растений, часть из всего остального. У меня вон, уже второй раз кожа на пальцах слезает. Хоть и не голодаю, а чего-то не хватает.

– А если решится кто рожать, так и вообще с питанием шутить не стоит, - предупредила Фекла.
– Нарожаем кривых-косых, что потом самим стыдно будет перед потомками.

– Удивительно звучит, нарожаем. А что, как раньше, ждать, когда наступит подходящее время не надо? Чтобы дом, машина, стабильность, - сыронизировала Лукерья.

– Куда уж, стабильнее, - усмехнулся Александр, - эта Зарянка нам на столетие, пока новые деревья не вырастут.

– А дети, они будут смышленее нас. Для них этот мир будет более естественной средой, чем для нас. Мы же будем держаться за прошлое, за порядок, к которому привыкли. Как ни крути, но мы остатки прошлой цивилизации, - неожиданно выдал философскую мысль Харитон.

Лукерья играючи хлопнула его по плечу.

– А ты у нас Гефест, бог-кузнец.

– Не канонично, не по-славянски.

– А давайте, вообще начнем историю без всяких божеств, без религий и прочего, - предложил Гурьян.
– Давайте сохраним все, как было на самом деле. Не так, что разгневался Бог на людей своих и наслал им кару, а так, как было на самом деле. Случилось мегаземлетрясение, разрушившее все, что построили люди, а потом волна жара, поднявшаяся из раскаленных недр, доконала все живое, - он замер.
– Интересно, а в океанах жизнь осталась?

– Не знаю, - Александр тоже часто задумывался над тем, смогла ли жизнь на глубинах избежать тяжкого последствия разогрева атмосферы, - очень хочу в это верить.

– Да, будет скучно, если останутся одни червяки да мошки. Так можно было бы надеяться, что рыбы опять выползут на сушу со временем.

– А давайте не забывать о том, что на земле есть еще горы с пещерами с замкнутой экосистемой, в которых тоже могли спастись разные виды животных. Например, крысы, мыши, змеи, пауки, многоножки.

– Пауки, - задумчиво произнесла Аглая.
– Я бы сейчас за живую беременную зайчиху палец отдала. Даже два.

– Надо было контактный зоопарк открывать здесь со зверушками, - предложил Вторуша.