— Ира! А ты где работаешь?

— Я? На заправочной станции около парка Горького. А ты где заправляешься?

— По-разному, где придется.

— А ты приезжай ко мне. Я тебя всегда бесплатно заправлю. Ты же знаешь, у нас всегда есть и бензин и деньги.

Он снова внимательно посмотрел на нее: «А она ничего. Надо будет поближе с ней познакомиться, удобная женщина по всем статьям».

— Эй, парень! Поворот на Васильево не проскочи, — предупредила она.

Водитель притормозил и, пропустив встречную машину, свернул налево.

Они проехали через поселок, и машина, сбросив скорость, медленно двинулась по грунтовой дороге. Кругом стояли белые от цвета яблони и вишни.

— Я что-то не понял, мы куда едем? — поинтересовался у нее водитель такси. — Ты же просила меня довезти до поселка Васильево?

— А это что? Разве не Васильево? Здесь у моего брата дом. Сейчас его дома нет. Чего так на меня смотришь? Может, передумал?

— Да, нет, — не совсем уверено произнес таксист. — Просто стараюсь запомнить дорогу. Я здесь ни разу не был.

— Дорога здесь одна. Поедешь по ней обратно, не заблудишься.

Они снова замолчали. Водитель уже жалел, что согласился ехать с этой женщиной и с каждой минутой это чувство росло в геометрической прогрессии.

— Вон видишь тот дом? — спросила она, указав водителю рукой. Около него тормози. — Это дом брата.

Машина, подняв облако пыли, остановилась около дома. Женщина вышла и направилась к дому. Открыв замок, она вернулась к машине.

— Ну что, Андрей, сидишь, пойдем или испугался?

Водитель в нерешительности посмотрел на фигуру удаляющейся женщины, не зная, что предпринять — идти за ней или плюнуть на все и ехать обратно в город. Он не мог даже представить, чтобы можно было отвезти так далеко пассажира и не взять с него плату. Это было не в его правилах. Более не сомневаясь, он вышел из машины и направился вслед за ней в дом.

— Ира! Время позднее, может, отложим все это до лучших времен? Ты сейчас рассчитайся со мной, и я поеду обратно в Казань.

— А как же я? Ты же сам был не против задержаться у меня на часок? Может, ты чего-то испугался, милый?

Она обняла его и стала страстно целовать. Через минуту он уже срывал с нее одежду, повалив ее на широкую кровать. Сорвав с нее лифчик, он стал целовать ее груди, а правой рукой расстегивать молнию на ее юбке.

Вдруг до его слуха донесся скрип входной двери. Он на секунду замер, услышав за спиной чьи-то уверенные шаги. Он обернулся и увидел двух стоящих у двери мужчин, в руках одного из них поблескивал топор.

— Ты что здесь делаешь, сука? — заорал мужчина с топором. — Хотел мою сестру изнасиловать?!

Водитель хотел подняться с кровати, но женщина крепко вцепилась в него двумя руками.

— Не делай этого, — прошептала она ему в ухо. — Иначе он убьет нас обоих. Это мой брат.

Второй мужчина, стоявшей немного в стороне, вдруг достал из-за спины фотоаппарат и начал фотографировать их обнаженные тела. Тот, что был с топором, заставил водителя встать с кровати и приказал ему раздеться.

— Я не буду, — отчаянно крикнул водитель, вскакивая с кровати.

Сильный и точный удар в челюсть опрокинул его на пол. Очнувшись от этого оглушительного удара, он попытался подняться на ноги, но мужчина с топором снова предложил ему раздеться догола и лечь в кровать, где, прикрывшись простыней, уже сидела раздетая женщина. Водитель снял с себя одежду и присел на кровать, не спуская глаз с топора.

— А теперь обними ее, но не просто так, а как прежде обнимал, — приказал он водителю. — Стесняться здесь некого.

Женщина отбросила в сторону простыню и крепко прижалась к водителю всем своим телом. В комнате снова защелкал затвор фотоаппарата. Их несколько раз заставляли менять позы и все время фотографировали.

Наконец мужчина приказал ему одеться. Водитель быстро вскочил на ноги и стал лихорадочно одеваться.

— Садись за стол.

Когда тот сел, мужчина потребовал у него документы. Списав с них его данные, он предложил ему выкупить у него эти снимки.

— Ты же не хочешь, Андрей, чтобы я отправил их твоей жене или в милицию с заявлением об изнасиловании моей сестры?

Водитель сидел и молчал. Судя по его внешнему виду, он был полностью подавлен. Если бы ему раньше рассказали подобную историю, то он бы никогда не поверил и долго бы смеялся. Однако сейчас ему было совсем не до смеха. Ему было страшно представить, что будет с его женой, когда она увидит эти снимки. Но еще страшнее было то, что эти люди могли направить заявление в милицию и обвинить его в изнасиловании. Сидеть лет пять в зоне ему явно не хотелось.