— Не нужно, товарищ генерал. Я все понял.

— Ну, раз понял, тогда иди, выполняй здания.

Вернувшись в офис, Мартын через час пригласил к себе Павла.

— Павел, у тебя есть люди для проведения акции в Казани?

— Что, опять вопрос с Быком? Ты же сам сказал, чтобы мы на время забыли про него.

— Нет, я не про Быка, — сказал Мартын. — В Казани нужно устранить вора в законе Пашу Орского. Он в понедельник приедет из Нижнего Новгорода в Казань вместе с неким Долговым.

— Кто его еще сопровождает? — поинтересовался Павел.

— Больше ничего не знаю. Вора нужно убрать, чтобы никаких осечек не было. Ты меня понял, Павел?

— Сегодня у нас пятница, — размышлял вслух Павел. — Значит, у нас на подготовку от силы два дня. Мартын, в Казани мы можем разжиться стволами или тащить их отсюда?

— Созвонись с Корейцем, поинтересуйся у него. Короче, иди и занимайся этим делом.

Павел позвонил в Казань Корейцу и поинтересовался у него инструментом. Кореец ответил не сразу. Прикидывая различные варианты, он пообещал Павлу достать нужный ему инструмент. В воскресенье вечером группа из трех человек выехала в Казань.

Долгов вышел из вагона поезда «Нижний Новгород — Казань» первым. Осмотревшись по сторонам, он закурил и стал ждать Пашу. Тот вышел в сопровождении двух своих охранников. Паша был с большого похмелья, и поэтому его всегда розовое лицо было серым и несколько помятым. У него сильно болела голова, во рту было противно от выкуренных сигарет.

— Долгов! Почему ты так плохо встречаешь гостей на родной земле? — обиженно говорил Паша. — Где обещанная водка, машина и телки?

— Погоди, Паша, я сейчас разберусь, — пообещал Долгов.

Он вошел в здание старого вокзала и стал искать глазами знакомые лица казанских ребят. Через минуту Долгов вернулся в сопровождении двух человек. Они взяли из рук охраны вещи и молча направились на выход с перрона.

В двух «мерседесах», ожидавших их на привокзальной площади, они поехали в центр города. Выехав на Кольцо, остановились у гостиницы «Татарстан».

— Паша, веди себя в гостинице нормально. Говорят, что отдельные номера здесь прослушиваются КГБ, — предупредил Долгов.

— Заметано. А что, лучшего места в городе нет? Ты меня специально селишь под комитетчиков?

Долгов укоризненно посмотрел на него и промолчал.

— Слушай! Надеюсь, ресторан-то здесь хоть функционирует?

— Думаю, что да, — ответил Долгов.

Они вышли из машины и направились в гостиницу.

Вечером Долгов заехал к Паше в гостиницу. Паша был уже навеселе и находился в прекрасном добродушном настроении.

— Долгов, давай махнем немного водочки, — предложил он.

— Думаю, что не стоит, Паша, пить. Через час ребята соберутся на «Жилке», и им не понравится, если ты будешь замазанным. Дело, ради которого мы собираем людей, серьезное, и поэтому пить лучше не надо.

— А мне плевать на ваши татарские порядки. Теперь я буду здесь устанавливать свои законы, — парировал Паша, набрасывая на плечи черный пиджак.

Они вышли из гостиницы и сели в припаркованные недалеко от гостиницы авто.

— Долгов, у нас время еще есть? — поинтересовался Паша. — Давай заедем к моей старой знакомой. Я с ней переписывался, когда отбывал свой первый срок на вашей «двойке». Представляешь, прошло столько лет, а я ее даже ни разу и не видел. Хотелось бы посмотреть на нее. Тогда она меня здорово поддержала, таскала посылки. Смешно, не правда ли?

— А у тебя адрес ее есть?

— Как сейчас помню, по-моему, улица Максимова, а дом, с ее слов, стоит буквально напротив Дворца культуры. Квартира, если не соврать, одиннадцатая. Муравьева Люся.

— Можно заскочить. Это по дороге.

Минут через тридцать-сорок они остановились на улице Максимова, напротив Дворца культуры имени Ленина.

Долгов вышел из машины и вошел во двор одного из домов. Около подъезда сидели на лавочке старушки.

— Извините, бабули, вы случайно не знаете Муравьеву Людмилу?

— Люську, что ли? — переспросила одна из них. — Кто ее сынок, не знает в нашем доме. Вот она, кстати, идет, наверное, возвращается из магазина.

— Спасибо, — ответил он и направился к идущей ему навстречу женщине.

Судя по ее виду, ей было около тридцати пяти лет. Загоревшее лицо свидетельствовало о том, что она работала на открытом воздухе.

— Людмила, — обратился он к ней. — Можно вас на минуточку?

— Чего нужно? — бесцеремонно ответила она. — Вы, наверное, ошиблись молодой человек? Я вас не знаю.