— Не всё тебе этим заниматься! — Ответила Китти. — И ты не ответила, как все остальные?!

— Все живы, ну… У нас, у Ваньки одна не убереглась, вчера похоронили прямо здесь, на луне. — Тихо ответила Шепард. — Покоцало всех, но сильнее всего вас с Оцеолой. Вон он, на соседней койке отлёживается и пока спит.

И Кэйти видит спящего турианца.

— Мне сильно попало? — Спрашивает она.

— Будь здоров, Котяра тут почти двое суток просидел, насилу загнала спать и то, только тогда, когда тебя достали из капсулы. — Ответила сестра и аккуратно подхватила Китти, помогая ей присесть на койке. Подняла спинку и поправила одеяло, сползшее и открывшее грудь девушки. Кэйтлин вытянула уже более послушные руки и обвила шею подруги, подтянула её голову вплотную, всматриваясь в усталые, но такие радостные зелёные глаза, смотревшие в ответ с такой любовью и нежностью.

— Моя Лисичка, рыжая хитрюга, спасающая чужие жизни не жалея свою. — Прошептала Кэйти и поцеловала подругу в губы, совсем не дружеским поцелуем. Шепард сначала застыла, но миг спустя ответила, прижав голову Китти своими руками. И он всё длился и длился, пока не закружилась голова. — Как давно, я мечтала это сделать. — Сказала она оторвавшись.

— Что-то я не замечала у тебя таких наклонностей? — Улыбаясь, сказала Женя.

— Причём здесь это! Я вовсе не хочу целовать других женщин… — Ответила Кэйти.

— А я? — Спросила подруга. — Уже не женщина?

— Ты, ты не совсем. Я чувствовала это в тебе всегда, ты была не такая, как все остальные наши девчонки. Скорее, ты походила на парней и поэтому они так спокойно воспринимали твоё старшинство, ты была одной из них. Парнем, скрытым в теле красивой девчонки, жестоким, расчётливым, беспощадным к врагам. Но в тоже время, женская сущность делала тебя, очень ласковой и заботливой к друзьям. Права Джинни, ты истинный СПАСИТЕЛЬ и именно поэтому, я, очень давно, люблю тебя совсем не сестринской любовью, Жень.

— А как же Кот?

— Его я тоже очень люблю, вот такая я! Осуждаешь?

— Да ни за что! Я ведь помню, как мы с тобою целовались. Помнишь, утром после запуска реактора в нашем убежище и похода в ресторан к маэстро Мадзони…

— Ты, меня тогда остановила. Сказав, что ещё немного и, мы нарушим все запреты. А я готова была их нарушить, наплевав на всё и всех. Как же я тебя любила и люблю, ты бы знала?

— Я это знаю, знаю, мой маленький Котёнок. — Прошептала сестра. — Ты, наверное, хочешь есть?

И после этого вопроса Китти почувствовала жуткий голод. Голод, просто раздирающий внутренности…

Женя встала и вышла из лазарета, отсутствовала минут пять, вернулась, катя перед собою столик уставленный судками, от которого шёл просто одуряющий аромат. Девушка почувствовала, как рот наполнился слюной и желудок, будто бы начал прыгать внутри.

Шепард с усмешкой установила на койку подставку и поставила первое блюдо. Это был борщ и Китти, с утробным рыком накинулась на суп, заедая его круглыми булочками посыпанными чесноком. Пока ела, увидела, как зашевелился на соседней койке Найлус. Привстал и, оглянувшись, увидел их. Усмехнулся и тихо сказал: — А для меня у вас чего пожевать найдётся?

— Не переживай, я знала что ты вот-вот очухаешься, так что, приготовилась. — И Шепард откатила столик к нему, не забыв поставить следующее блюдо перед Кэйти. После чего достала из под койки турианца такой же столик и поставила его перед мужчиной. Заставила такими же точно судками с едой и стала следить, как они оба едят, сидя за столом и совсем по-женски подперев щёку рукой.

— Уф-ф-ф! — Через несколько минут сказал Найлус, съев всё, что поставила перед ним сестра. — Знал бы, что так здорово когда ты дежуришь в лазарете, почаще сюда бы залетал…

— Не стоит, так ведь можно и в ящик сыграть. — Улыбаясь, ответила Женя.

— За мной должок, хоть и не хотелось бы, но зная твою привычку затыкать собой все попадающиеся амбразуры, но всё же. Когда ты вдругорядь залетишь в регенератор, я буду ждать тебя, сестрёнка. И специально у Лукина еды запасу. — Сказал Найлус.

— Ловлю на слове. — Сказала Шепард. — А сейчас отвернись, я помогу Китти одеться. Кстати, твоя одежда под койкой, и как мы выйдем, воспользуйся ею.

— Чаквас разрешила раненым покидать лазарет, до её разрешения? — Спросил турианец.

— Нет, но я всё же, командир этого корабля… — Сказала Женя и, помогла Кэйти надеть на себя бельё и белоснежный флотский уник, только вот безо всяких знаков различия и отметок, кроме эмблемы флота и названия корабля. После чего, хоть девушку немного и покачивало, отправились в кают-компанию, куда через пару минут пришёл и Крайк. Женя разогрела чай и, достав из шкафчика на камбузе, глубокую тарелку с булочками уселась чаёвничать.

— Чем нас приласкали ренегаты? — Спросил посреди чаепития Найлус. — А то, последнее что помню, яркий свет позади.